Дмитрий Цибин

В 2001 году в небольшом городке на окраине России стоял старый двухэтажный дом советской постройки. Он уже давно не числился на балансе города, и лишь один человек — старик по имени Григорий Семёнович — продолжал в нём жить. Дом был ветхим: скрипели полы, осыпалась штукатурка, а в подвале вечно пахло сыростью и плесенью. Григорий Семёнович переехал сюда несколько лет назад, купив дом почти за бесценок. Соседи шептались, что место это нехорошее, но старик не верил в суеверия. Однажды, разбирая хлам в подвале, Григорий Семёнович заметил что‑то странное: в полу, под слоем пыли и старых газет, виднелся металлический люк. Он был ржавым, с массивной ручкой, на которой ещё можно было разглядеть выгравированные цифры — 1958. Старик удивился: он жил здесь уже три года и никогда не замечал этого люка. Любопытство взяло верх, и он решил его открыть. Люк поддался не сразу — петли заскрипели, словно протестуя против вторжения. Когда крышка наконец откинулась, внизу оказалась не просто яма, а лестни