Галина Трунина

— Порвёшь ещё одну вещь, Тамара Петровна, и завтра у тебя не будет даже ключа от этой двери.

Я сказала это так спокойно, что на кухне сразу стало слышно всё лишнее: как шумит чайник, как скребёт каблук по плитке, как рвётся белая ткань у меня в руках.
Наверное, многие женщины узнают этот момент не по словам, а по ощущению. Когда тебя унижают не впервые, но именно сейчас ты вдруг понимаешь: больно уже не от самого оскорбления. Больно от того, что человек рядом снова делает вид, будто ничего страшного не происходит.
Тамара Петровна стояла посреди моей кухни так уверенно, будто пришла не в чужой дом, а в место, где ей всё давно принадлежит по праву возраста, материнства и привычки командовать.