Сергей Целищев

В августе 1941 года восемнадцатилетний Ефим Дыскин сам пришёл в военкомат. За спиной — первый курс Московского института истории, философии и литературы. Впереди — неизвестность. Мог бы остаться в аудитории, зубрить конспекты, спорить о Гегеле. Но не посчитал для себя это возможным. Родился он 10 января 1923 года в деревне Короткие, что на Брянщине. Семья простая — отец служащий. Школу окончил в Брянске, потом поехал в Москву, поступил. А через месяц с небольшим после 22 июня уже надел гимнастёрку. Его определили наводчиком зенитного орудия в 694-й истребительно-противотанковый артполк. К ноябрю 1941-го красноармеец Дыскин знал свою пушку до последнего винтика. И эта наука очень скоро пригодилась. В первых числах ноября полк срочно перебросили на Волоколамское направление — туда, где враг рвался к Москве с особой яростью. Район Скирмановских высот. 3-я батарея заняла позицию у деревни Горки Рузского района. Четыре зенитных орудия изготовили к стрельбе прямой наводкой. Другого вооруже

«Операторы встали на изготовку, я пошла по шпалам — и вдруг мимо меня со свистом полетел совсем не запланированный поезд. Упав от возникшего ветра на колени, крикнула операторам: «Снимайте!» Один испугался и убежал: эту сумасшедшую вот-вот под колеса затянет! Другой, с нервами покрепче, камеру не бросил. Состав промчался, я встала, шатаясь, добралась до Андрюхи и схватила его так, что он аж задрожал! Когда увидел мое лицо, слова застряли в горле! Так мы сыграли знаменитую сцену, во время которой у всех зрителей без исключения рекой льются слезы». — Тамара Петровна, известно, что ваши родители были далеки от кино, театра. Как вы принимали решение поступать на актерский факультет ВГИКа? — На эмоциях, это получилось спонтанно. Я не мечтала об актерской карьере. В Москву учиться на артистку отправилась только для того, чтобы сбежать из дома. Мой отец, Петр Федорович Бохонов, был кадровым военным, командиром танкового взвода. Мама, Тамара Васильевна, никогда не работала, да и хозяйством себ

Лишь два человека знали, где расположен тайник – князь и его слуга. Вместе они прятали сокровища, но до князя было не добраться, а вот дворецкого Бужинского большевики схватили и пытали с пристрастием, усердствовали, чтобы выведать – где спрятаны несметные богатства князей Юсуповых. Узкий Большой Харитоньевский переулок в Москве утопает в зелени старых лип. За кованой оградой прячется дом, похожий на терем из русской сказки — крутые крыши, резные колонны, причудливые арки. Когда-то здесь, по легенде, любил охотиться сам Иван Грозный, а позже дворец перешёл к князьям Юсуповым — самым богатым людям Российской империи, чьё состояние превышало даже царское. Последний из рода, Феликс Юсупов, навсегда покинул Россию в 1919 году. Но перед отъездом он сделал то, о чём десятилетия спустя напишет в своих мемуарах с горечью и болью. «Беда, как известно, не ходит одна. Из газет узнал я, что в Москве большевики нашли наши драгоценности, которые я так хитроумно спрятал в тайник под лестницей. Даром