тамара мальцева

Примерно с неделю назад в Калужской области (Балабаново) в одном из СНТ к охране пришла семья с собакой породы бигль, в руках еще коробка с семью щенками. И такие говорят: «Нам собака эта с её щенками не нужна. Делайте с этим, что хотите». Охрана растерялась, позвонила, кого знала еще в СНТ лично, и рассказала ситуацию, спросив, что теперь ей с этим делать? Сразу же в общем чате появилось сообщение, что хозяева такого-то участка принесли коробку с щенками на охрану с их собакой. ЧТО НАМ ТЕПЕРЬ ДЕЛАТЬ? В ответ, естественно, услышали: «Задолбали со своими собаками! У нас тут общение про огород, свет и воду». Ну как же про огород, свет и воду? А если бОльшая часть собственников СНТ перед зимой на охрану свой приплод приносить и оставлять будет, то во что это всё выльется? По участкам будут бездомные, голодные собаки бегать. Мы тут все как жить-то будем? Про закон тут же некоторые поговорили. Про Калужскую, если что, усыпалку. И в конце снова: «ЗАДОЛБАЛИ СВОИМИ СОБАКАМИ». Собственники нег

Лето 1942 года, глухие смоленские леса. Ночь. По узкой тропе, едва дыша от страха, идет бесконечная вереница детей. Их тысячи. Они голодные, босые, изъеденные комарами. А ведет эту армию не бравый командир, а хрупкая 23-летняя учительница с большим животом. Матрёна Вольская знала: если она остановится хоть на секунду, их всех ждет смерть или рабство в Германии. История операции «Дети» — это не просто эпизод войны, это гимн материнскому инстинкту, который оказался сильнее танков и бомб. Матрёна Вольская до войны учила малышей читать и писать в деревне Басино. Когда пришли немцы, она не стала ждать милости — ушла с мужем в партизанский отряд «Батя». Стала разведчицей с позывным «Месяц», ходила в тыл, взрывала мосты. Но главное испытание судьба приготовила ей позже. В июле 42-го разведка перехватила страшные данные: фашисты готовят карательную операцию «Желтый слон» (Spätlese — «Поздний сбор»). Цель цинична до дрожи: зачистить партизанский край, а всех крепких подростков угнать в Германию

«Человек рождается мягким и хрупким. Умирает твёрдым и крепким. Мягкость и гибкость – спутники жизни, твёрдость и жёсткость – признаки смерти», – Лао-цзы. В Тибете о таких вещах говорят просто: «Счастье в сердце важнее богатства в доме». Там, где люди веками живут в условиях суровой природы, каждое слово становится не просто поговоркой, а концентратом опыта. Тибетская культура напитана не только буддийской философией, но и особым ощущением времени: оно здесь течёт медленнее, будто учит не спешить. Тибетские изречения звучат как тихая музыка: в них нет надрыва, нет пафоса, но есть удивительная глубина. Они не учат «правильно жить», они словно мягко подталкивают, позволяя самому почувствовать, что важно. 1. Счастье никогда не уменьшается от того, что им делятся. Улыбка, поделённая с кем-то, становится двойной. Помощь, оказанная другому, делает счастливым обоих. В этом закон жизни: отдавая, человек получает больше. Счастье – это не запас, который можно растратить, а свет, который разгорае