Светлана Гневанова

«За что батюшка так жестоко со мной, за что?», — рыдала на плече у матери Евдокия. Жених был совершенно черным. Девица едва не грохнулась в обморок от страха, маменька успела сунуть ей надушенный платочек. — Маменька, помилуйте, да какие же детки у нас будут! — шептала Евдокия сквозь слезы. — Да авось в баньке-то отмоется, — с сомнением рассматривала матушка жениха. — Батюшка велел, согласие дал, значит, так тому и быть. — Что ж он до сих пор не отмылся, — недоверчиво моргала Евдокия. Ей разрешили только на мгновение показаться перед Абрамом Петровичем, присесть в реверансе и исчезнуть. Вот и хорошо, а то упала бы в обморок прямо там. Отец твердо решил — быть Евдокии женой Арапа Петровича Ганнибала. А что тот черный, как смоль, так это для царя не важно, отчего же им привередничать. Приданого за девицей никакого, а ежели царский инженер и ординарец берет ее за просто так, то отцу одна радость. В 1704 году в Москву привезли двух диковинных мальчиков, кожа из была будто сажей натерли, зу