Татьяна Андреева

3 сентября 1932 года бабушка отправила двух внуков в лес за клюквой. Вернуться им было не суждено. Через три дня тела Павла и его восьмилетнего брата Феди нашли в лесу с колото-резаными ранами. Главным подозреваемым стал дед мальчиков — бывший жандарм. В доме у него обнаружили нож и окровавленную одежду. Дед и двоюродный брат Данила, который прежде неоднократно угрожал Павлику и пытался его бить, были арестованы. Через месяц в деревне Герасимовка появился пионерский отряд. А Павлику на единственной прижизненной фотографии дорисовали галстук. Так начался один из самых долгих советских мифов. Я склоняюсь вот к чему: история Павлика Морозова — это не история доноса. Это история о том, как государство взяло обычную деревенскую драму с брошенной женой и ушедшим мужем, и превратило её в идеологическое оружие. А потом это оружие выдало детям по всей стране. Семья Морозовых приехала в Тобольскую губернию в 1910 году по столыпинской программе переселения — из тесной Белоруссии, туда, где давали