виктор погорелов

Получая зарплату, боец СВО каждый раз вынужден выбирать – обеспечить семью или остаться в живых самому. О страшной дилемме, ежемесячно встающей перед каждым контрактником, честно рассказал один из авторов канала "Свидетели Байрактара", военкор Александр Харченко. Львиная доля денежного довольствия участников СВО уходит на сбережение жизней бойцов. Сбор "на нужды подразделения" всем уже привычен. Деньги идут на закупку транспорта, стройматериалов, запчастей, бензина, газа, "мавиков". И на то, чтобы самому остаться в живых до следующей выплаты. Харченко подчеркивает, что общество об этом знает очень мало: в умах гражданских уже укоренился миф об огромных зарплатах на СВО. И они действительно гораздо выше, чем в тылу. Но что остается от них самим контрактникам? Военкор пишет: Это во время Великой Отечественной войны все ходили в одной форме с одинаковым снаряжением. Теперь двух одинаковых пехотинцев найти невозможно. Сейчас от денег сильно зависит твоя выживаемость. 80 лет назад штурмовик

Представьте 1991 год не как историческую дату, а как преступную сцену. Ночь. На столах в кабинетах, где раньше решали судьбы человечества, лежат не стратегические карты, а договоры о разделе имущества. Воздух пахнет не табаком государственных мужей, а запахом свежей краски на поддельных печатях. За окном — великая страна, даже в болезни своей могучая: заводы, шахты, нефтяные моря, золотой запас, ядерный щит, гений народа. А внутри — оперативная группа по ликвидации державы. У них нет ни танков, ни штурмовиков. У них есть бланки ваучеров, карандаши для голосования и инструкции из-за океана. Их оружие — слово «приватизация». Их цель — превратить тебя из хозяина в нищего. Их метод — гипноз целого народа. И они победили. На тридцать лет. Но не навсегда. Развал Союза не был стихийным бедствием. Это была первая в истории гибридная война, где главным трофеем стала не территория, а сама собственность народа. Ещё в 1977 году будущий советник президента США Картер, Збигнев Бжезинский, написал кн