Анатолий Варнавский

Утром 13 июня 1967 года в автобусный парк №1 города Чимкента пришла молодая женщина. Вдова. Накануне вечером ее 29-летний муж, водитель Василий Остроухов, попал в медвытрезвитель. А к утру он был мертв. Директор автопарка Альжанов вместе с секретарем парткома поехали в морг. То, что они увидели, заставило их усомниться в официальной версии. На теле Остроухова были отчетливые следы побоев. В заключении судмедэксперта значилось: кровоизлияние в мозг из-за гипертонии и алкогольного опьянения. Но никаких упоминаний о травмах. Вернувшись в автопарк, Альжанов столкнулся с водителями. Они спрашивали, что случилось с товарищем. – Умер от кровоизлияния в мозг, – сказал директор. – Какое кровоизлияние! – возмутился один из шоферов. – Ему 29 лет было. Да он самый здоровый среди нас был. Трехпудовую гирю, как пушинку, таскал! Альжанов помолчал, а потом тихо произнес: – Ребята, я и сам сомневаюсь. Дело в том, что у него на теле следы побоев. А в заключении про это ни слова. Наступила тяжелая пауза.