Василий Букша

Его пустили на необъезженного жеребца, чтобы посмеяться. Конь бросился на ограду. Молодой солдат не натянул поводья — он дал шенкеля изо всех сил. Ангел взлетел над забором. Спустя час из маньчжурских просторов вернулся запыхавшийся, покорный конь — и широко улыбающийся Семён Будённый. Эта сцена произошла в начале 1900-х в Приморском драгунском полку. Молодого призывника из донских казаков решили проучить за самоуверенность. В 4-м эскадроне держали гнедого жеребца по кличке Ангел — свирепого, строптивого, сбрасывавшего любого всадника за считанные секунды. Само имя было шуткой: ничего ангельского в звере не было. Расчёт унтер-офицера и старослужащих был простым. Пусть мальчишка из донских покажет, на что он годен. Он показал. Но история о Будённом и лошадях — это не история про то, как джигит усмирил коня. Это история о том, что между человеком и животным может возникнуть нечто, у чего нет точного названия. И это нечто иногда оказывается крепче любой воинской присяги. Семён Михайлович