Uyri Petroff

Одни помнят её по щемящим эпизодам советской классики, другие — по тёплому, как печка, рекламному ролику про домик в деревне. Лицо — родное, а фамилию с ходу не вспомнит и киноман. «Бабушка», «старушка», просто «соседка». Уборщица — насупленная или добрая, консьержка с газетой в руках, доярка на заднем плане, крановщица в рабочей робе. А ещё — мамы, тёти, вечные подружки главных героинь, без которых их судьба была бы неполной. За плечами Валентины Ананьиной — почти двести ролей. Почти ни одной главной. Приговор, вынесенный когда-то за глаза: «Не тянет на героиню». С тех пор — крошечные роли, безымянные женщины в платках, эпизоды. Зритель нескольких поколений — от тех, кто застал «Коммуниста» в прокате, до поклонников авторского кино 2010-х — невольно встречал это лицо снова и снова. За плечами Ананьиной — эпоха, склеенная из кадров: вот она мелькнула в «Карнавале», вот появилась на деревенской улице в «Калине красной», вот растворилась в военной суматохе «Летят журавли» или «Баллады