Степан Шацких

«Хорошо, когда твою работу делает кто-то другой,» - мечтательно подумала Галина Анатольевна, жмурясь на ярком весеннем солнце, словно кошка. Она работала в этой поликлинике уже пятьдесят лет. Пора бы на покой. Вот, воспитывает новую смену специалистов. К ней на прием посадили перепуганного ординатора, чтобы набирался опыта. Галина Анатольевна работала детским неврологом полвека. Она побеседовала с птенцом врача, выяснила, что тот неглуп и даже что-то читал, и со спокойной душой посадила его за собственный письменный стол. Сама же заняла место вечно отсутствующей медсестры, по-кошачьи прикрыла глаза. Ординатор Васька поначалу косился на нее перепуганно. Старая докторша напоминала его домашнюю кошку-сфинкса, которой шел пятнадцатый год. У нее также на голове светились несколько смешных волосинок, когда она задремывала на весеннем солнце у окна. Безобидная в общем-то бабка. Не ругала его совсем. Вот, и на приеме дает принимать решения. Хотя какие там решения? Посмотреть младенца, подер

Начальник хотел уволить по статье, но жестоко просчитался — Я-то вещи соберу. А вот куда пойдете вы со своим волчьим билетом? Игорь Владимирович придвинул к ней по полированной столешнице пустой белый лист бумаги. — Пиши по собственному, Марина. И без глупостей. Он аккуратно положил рядом дорогую перьевую ручку. — И сегодня же освободи стол. Кадры уже предупреждены. Системный администратор через пятнадцать минут заблокирует твою учетную запись в 1С. Марина не шелохнулась. Она продолжала сидеть ровно, чуть сдвинув колени. Руки спокойно лежали поверх строгой темно-синей юбки. — С какой стати? Начальник откинулся в массивном кожаном кресле. Его грузное тело с трудом помещалось в слишком узком пиджаке, верхняя пуговица на животе опасно натянулась. — Ты прекрасно знаешь, с какой. Аудит мы провалили. — Аудит провалил наш отдел, Игорь Владимирович. А не я лично. — Не цепляйся к словам, моя дорогая. Игорь Владимирович раздраженно поморщился. Он всегда называл подчиненных «дорогими», когда соби

Лиза стояла и смотрела на покосившийся домик. Он был не просто старым — он был развалившимся. Она ещё раз заглянула в бумажку, которую ей дали в соцзащите. Никакой ошибки. Именно этот адрес. То есть именно это жильё выделило ей государство для проживания после детского дома. — Деточка, ищешь кого? Рядом с Лизой остановилась пожилая женщина, видимо, жительница этого частного сектора. Девушка отрицательно покачала головой, потом достала блокнот, который всегда носила с собой, и написала: "А вы не знаете, может, где-то есть дом с точно таким же адресом?" Бабуля достала очки, нацепила на нос, прочла: — Нет, что ты, деточка, двух одинаковых адресов не бывает. А ты что ж, совсем не говоришь? Лиза вздохнула и отрицательно покачала головой. — Это очень плохо. Тяжело тебе в жизни придётся. А зачем ты эту развалюху-то искала? Родня что ли тут жила? Лиза помотала головой и снова карандаш забегал по блокноту. Бабуля внимательно прочитала и ахнула: — Да как же так-то? А ты на что соглашалась? Не в