Елена Родина

Иногда в ветеринарной клинике становится понятно, как люди относятся не к животным. К себе. К старости. К памяти. К тем, кто уже не приносит пользы, не радует глаз, не бегает бодро по квартире, не выглядит «как раньше» и вообще, если по-честному, мешает жить быстро, удобно и без лишних расходов. Вот приходит человек с пожилым котом, и вроде разговор должен быть о корме, боли, анализах, аппетите, лотке и том, как помочь животному спокойно дожить свой век. А через десять минут выясняется, что на столе у меня не только кошка. На столе у меня вся семья. С её недосказанным, невыплаканным, недолюбленным и тщательно завёрнутым в пакет из-под «не начинай, мам». Кошку звали Люся. Полное имя, как сказала хозяйка, — Людмила Степановна. — Но это когда она вредничает, — добавила женщина. — А когда хорошая, просто Люся. Женщину звали Тамара Ивановна. Ей было семьдесят два. Невысокая, аккуратная, с седыми волосами, собранными в пучок, и руками, которые сразу выдают человека, всю жизнь работавшего не