Ярулла Айнитдинов

Война в Афганистане стала полигоном, где проверялись и оттачивались разные подходы к ведению боевых действий. С одной стороны - крупные соединения, контролирующие территорию. С другой - малочисленные, но невероятно эффективные группы, решавшие точечные задачи. Чтобы понять эту войну целиком, нужно увидеть оба эти мира. Сегодня мы через призму опыта офицера спецназа ГРУ Александра Мусиенко и истории частей Воздушно-десантных войск (ВДВ) попробуем это сделать. Невидимый фронт: полковник Мусиенко и война «малой кровью» Полковник Александр Мусиенко - один из тех профессионалов, чья война редко попадала в сводки новостей, но чья работа имела стратегическое значение. В Афганистане он два года командовал группой в знаменитом 154-м отдельном отряде специального назначения (ооСпН) ГРУ ГШ - том самом, который позже войдет в историю как «отряд Мусаева» или «1-й батальон 15-й бригады спецназа». Его задачи кардинально отличались от задач линейных частей. Основная работа велась в двух ключевых напр

Эту историю мне пересказывали не как подвиг и не как красивую легенду. Скорее — как признание. Без пафоса, без желания кого-то впечатлить. Просто разговор, в котором пожилой афганец однажды сказал фразу: «После этого я понял, почему русских невозможно победить». Речь шла о Панджшерском ущелье. Месте, где война всегда была особенной — жесткой, вязкой, изматывающей. Там каждая высота решала больше, чем целый батальон внизу. Высота, которую не могли взять По его словам, одна из таких высот контролировала подходы к ущелью. Занять её было жизненно важно. Приказ отдал сам Ахмад Шах Масуд. Людей собрали много. Подготовились серьёзно. Казалось, вопрос времени. Но время шло, а русские не уходили. Месяцы. Не дни — месяцы. Высота стояла. Атаки захлёбывались одна за другой. Потери росли. Люди гибли. Наступление откладывали, снова собирались, снова шли — и снова откатывались назад. — Мы не понимали, как они держатся, — говорил старик. — Их должно было быть много. Очень много. Когда сопротив