АРАМ ГУРГЕНОВИЧ СССР АРМАВИР АЙВАЗЯН

Я всегда считал, что мемуары фронтовиков — это особый вид исторических источников. Они написаны людьми, которые видели события своими глазами, а не анализировали их спустя годы по архивным папкам. Воспоминания маршала Ивана Христофоровича Баграмяна о Верховном Главнокомандующем — из числа таких свидетельств. Баграмян впервые лично встретился со Сталиным 27 марта 1942 года. Тогда Иван Христофорович занимал должность начальника штаба Юго-Западного направления. Шел второй год войны, положение на фронтах оставалось тяжелым. После этой встречи маршал написал: «Из Кремля я вернулся весь во власти новых впечатлений. Я понял, что во главе наших Вооруженных Сил стоит не только выдающийся политический деятель современности, но также и хорошо подготовленный в вопросах военной теории и практики военачальник». Эти слова стоят внимания. Баграмян воевал с первого дня, знал фронтовую реальность не понаслышке. Его оценка Сталина как военного профессионала — это мнение человека, который сам прошел путь

Их герои стараются начать новую жизнь. АННА ПОПОВА Фронтовик Андрей Соколов пережил войну, плен. Но возвращаться ему не к кому:  жена и дочки погибли во время бомбежки, о смерти сына он узнал в победный день 9 мая. Соколов живет на новом месте, работает шофером и однажды встречает мальчика-сироту. Это знакомство дает надежду обоим: Андрей говорит мальчику, что он — его отец… Рассказ Михаила Шолохова о фронтовике, потерявшем всю семью, режиссер и актер Сергей Бондарчук записывал для радиопередачи. Услышав молодого актера, писатель отправил ему телеграмму: «Теперь я не представляю другого артиста, который мог бы так прочесть: вы прочитали лучше, чем я написал». Бондарчук хотел сыграть эту роль и в кино. Он добился разрешения на съемки и снял картину и в качестве режиссера. Выбрав этот рассказ, он сильно рисковал: о военнопленных не снимали кино. В реальной жизни человеку, побывавшему у фашистов, грозила тюрьма и статус врага народа. Искренняя тональность фильма откликнулась в сердцах зри

Ни для кого не является секретом, что ни один продукт в советском обществе (особенно в позднем периоде) не имел такого социального и культурного значения, как колбаса. И хотя официально утверждалось, что в СССР её выпускалось около 200 видов, зачастую мясокомбинаты производили всего пять-шесть наименований, поскольку им было невыгодно расширять ассортимент. Неудивительно, что когда советский гражданин видел «ихние» полки, забитые самыми разными колбасами, он оказывался в гастрономическом ступоре. У меня (как и, наверное, у многих, рождённых в СССР) колбаса ассоциируется со вкусом детства. Это был не просто продукт, а своего рода символ советского строя, а в его более поздний период (в годы тотального дефицита) - признак семейного благополучия. Мы с детских лет знали: наша колбаса самая вкусная! Парадоксальность состояла, во-первых, в странном несоответствии стоимости и качества (когда второе много превосходило первое), а во-вторых, в доступности по цене и недоступности по способу п

Перечислить все совершенные советскими воинами во время Великой Отечественной подвиги - просто невозможно. И сегодня мы вспомним лишь один из них - легендарную оборону железнодорожного вокзала Ростова-на-Дону. Подвиг довольно малоизвестный широкой публике. Хотя не уступающий в героизме защите Брестской крепости. Гитлеровцы тут же открыли шквальный огонь по вокзалу, попытались его отбить. В тяжелейшей битве пали два комбата. И главное командование на себя принял третий - храбрый армянин, воевавший аж с 22 июня 1941-го уроженец древнего армянского города Карс Гукас Мадоян. Советские бойцы оказались в критическом положении: в полном окружении, без боеприпасов, еды и воды. Разъяренные фашисты неустанно атаковали наших воинов. Только в первый день бойцы Гукаса Мадояна отбили минимум 8 вражеских атак. В том числе, танковых. Под ураганным артиллерийским огнем. Питаясь лишь тем, что приносили местные жители. Добывая боеприпасы у врага. Понятное дело, Ростов-на-Дону для всех армян мира - осо