Елена Егорова (Кадол)

На прилавке в картонных гнездах лежали яйца, а рядышком на металлических шпажках были прикреплены ярлычки: «Столовое» - по тридцать пять рублей, «Диетическое» - по сорок, «деревенское» - по сорок два и «Богатырское» - по сорок пять. Петрович восхитился размером и названием и взял два десятка «Богатырских». Дома он прошел на кухню, положил полиэтиленовый пакет с яйцами на стол и развязал его. Здесь Петровича уже ждали: жена Валентина – поскольку ей нужны были его покупки, чтобы приготовить ужин; внучка Настя – из-за обещанных чупа-чупсов; приятель Колян – в нетерпении, потому что пиво степлится; волнистый попугай Жорик – совершенно бескорыстно. Валентина разбила шесть яиц о край сковороды, в которой плевалось и шипело сало, и поведала, что желтков – четырнадцать, а значит, в каждом яйце – по два желтка, а в иных – и по три. Все изумились, а Жорик сел на пакет, поклевывал осторожно одно из яиц и смотрел на публику осуждающе. Потом ели яичницу – все, кроме Жорика, который улетел к себе в

Пролог. Реальность, о которой молчат газеты В 2018 году на форумах городских исследователей заброшек появилось странное объявление. Пост был оставлен с аккаунта, который через сутки удалили, но скриншоты разлетелись по сети. «Всем, кто ищет настоящий хоррор. Не те дешёвые квесты с аниматорами в масках, где вы орёте понарошку. Есть Игра. Её создатель — один из нас, бывший проектировщик советских ДК. Он построил лабиринт в реальном месте: старая больница на Лиговском, 9-й корпус, подвал. Тот, кто пройдёт до конца, получит не приз, а Истину. Приходите один. Впустит только того, кто действительно готов». Варвара наткнулась на этот пост случайно. Она была из тех девушек, что в 22 года уже устали от понарошку страшного. Дочь врача, атеистка, материалистка. Её конёк — разоблачать мистику с научной точки зрения. За плечами — три десятка пройденных квестов, ни один из которых не заставил её сердце биться чаще. — «Истина»? — усмехнулась она, набирая номер внизу поста. — Скучающие дизайнеры, очер

-Я не пойду туда! -Но кому-то же нужно покормить её. -Не Аннушка это более! Глаза у неё, как у зверя дикого в темноте светятся. Нянюшки шептались под дверями детской, на лицах их читался непомерный ужас, никто не хотел заходить к маленькой наследнице. -Расступились, невежды.- строго сказала старшая нянька.-Упаси вас Бог, если я услышу, что кто-то из вас болтает попусту и чернит невинное дитя! Кому она зло сделала? -Так мала она ещё...- пролепетала молоденькая горничная. -Мала, и что с того? Ну светятся глаза-и светятся! А вон Трофима сын без пальца одного родился- и ничего, живёт-радуется! Мало ли кому Господь какие отличия даёт. -Господь ли? Растолкав прислугу, и снова сердито на всех прикрикнув, старшая няня, Прасковья вошла в детскую. Лампа, висевшая у неё на руке, осветила комнату, и у женщины пробежал мороз по коже. Аннушка смотрела на неё, широко распахнув глаза, и зрачки её действительно светились, как у кошки, отражая свет. Как ни храбрилась старая нянька, но этот ребёнок пуг

Тринадцатая история цикла "Потустороннее в Ермолаево" Дом ведьмы почти затерялся среди травы. По-стариковски врос в землю, тускло отсвечивая на солнце запыленными стеклами. Он выглядел одиноким и потерянным. Но совсем не страшным. Добираясь сюда, Милана уже раз сто пожалела о своем решении - слишком жарким выдался летний полдень, слишком долгой показалась дорога через заросшее сорняками поле, слишком неестественной разлитая вокруг тишина. Веселина осталась в деревне - разобрать оставшиеся от деда вещи и бумаги, а Милана сразу постаралась сбежать из пыльного запущенного дома, наполненного воспоминаниями и печалью. Из энергичной и яркой Веселины будто бы разом выпустили воздух. Поникшая и погрустневшая она бродила по комнатам, подолгу замирая то возле продавленного дивана с выстроившимися в ряд подушечками-думками, то возле комода, на котором, касаясь друг друга рамками, стояли семейные фотографии: маленькая Веселина с родителями; молодые бабушка и дед, улыбающиеся слегка смущенно; дед

Школьные учебники истории рисовали яркие картины: огненные набеги Батыя, сожжённые города, покорённых князей у ханского трона. Золотая Орда властвовала над русскими землями с 1237 по 1480 год — это почти четверть тысячелетия. За такой период народы обычно перемешиваются, появляются смешанные браки, меняется облик населения. Логика простая: раз монголы так долго управляли этими территориями, значит, их след должен был остаться в крови, в лицах, в генетическом коде. Но когда в конце прошлого века учёные впервые взялись массово исследовать ДНК русских людей, результаты поставили историков в тупик. Монгольских генов у современных русских оказалось меньше одного процента. Практически ноль. Как будто никакого ига и не было. Возникает вопрос: может, всё это легенда? Или управление шло как-то совсем иначе, чем представляется? Разберёмся, что именно обнаружили генетики, почему монголов на русских землях было так мало, каким образом крошечная группа чиновников контролировала огромную территорию