владимир сопов

Как генсек за полвека до развала СССР предугадал предательство, бездарность и тяжёлые испытания для России. Разумеется, мы не собираемся записывать Леонида Ильича Брежнева в ряды Нострадамусов или Ванги. Однако в определённом смысле генеральный секретарь, сам того не ведая, обладал недюжинным чутьём на грядущие беды, которые обрушатся на страну уже после его ухода. Как вспоминают близкие Брежнева, года за пять до кончины он постоянно возвращался к мыслям о судьбе Союза, переживал, что станет с державой, когда его не станет. В одном из художественных фильмов, посвящённых генсеку, есть эпизод, очень характерный для Леонида Ильича середины семидесятых. Звучит там примерно следующее: «Нельзя мне умирать. Страну оставить не на кого. Суслов и года не протянет, Андропов болен, на искусственной почке сидит. Старые они, да мозги ещё шевелятся. А молодые — бездельники, дураки, предатели. Лягу — всё американцам за тридцать долларов и продадут. Так что жить я обязан, уходить мне никак нельзя». В ф

Пятое марта 1953 года стало рубежом, разделившим историю Советского Союза на «до» и «после». Умер Иосиф Сталин – человек-эпоха, под чьим железным руководством страна выстояла в чудовищной войне и совершила головокружительный рывок к индустриальной мощи. Но его фигура – вечный раскол. Для миллионов кончина вождя обернулась горькой утратой, для других – долгожданным глотком воздуха, ибо цена сталинского «прорыва» исчислялась миллионами жизней, сокрушённых машиной репрессий. Сама же смерть тирана и поныне тонет в тумане загадок, будто завещанной им атмосфере всеобщей подозрительности. Первая и самая жгучая тайна – причина: гнев природы или воля приближённых? Тень отравления, отбрасываемая фигурой Лаврентия Берии, маячит на пороге тех роковых дней. Опальный глава госбезопасности, по слухам, не расстававшийся с ампулой яда, мог незаметно подлить смерть в стакан правителя. Версия живуча, как миазмы в подвалах Лубянки, но бесплотна – не оставив ни единого документального следа. Куда зловещее