Элеонора Михеева (Киричек)

Утро начиналось одинаково уже пятнадцать лет. Вера Николаевна вставала в семь, наливала воду в старый эмалированный чайник и ставила на стол две чашки. Одна — своя, фарфоровая, с голубыми незабудками. Вторая — его, Семёнова, с отколотым краем, которую она так и не убрала в шкаф. Герань на подоконнике цвела оранжевым, упрямо и ярко, словно не признавала ни зимы, ни старости. Вера погладила листья кончиками пальцев и присела к столу. Тишина в трёхкомнатной квартире давно стала привычной — как обои, как скрип паркета, как собственное отражение. Телефон зазвонил неожиданно, прямо посреди первого глотка. — Мам, привет. Это Максим. Можно я сегодня заеду? — Конечно, сынок. Я дома, куда ж мне деться. — Часам к двум подъеду. Разговор есть. — Хорошо. Я оладьи сделаю. — Не надо, мам. Мы ненадолго. Вера положила трубку и подумала: «Мы». Значит, с Мариной. Значит, дело серьёзное. Просто так невестка не ездила. За восемь лет брака Марина была здесь от силы раз двадцать, и каждый визит имел конкретну