Ирина Лаврищева

Таблица пришла в семейный чат во вторник вечером, когда Вера Николаевна уже легла с книжкой. Она пробежала глазами первую строчку — «Аренда зала» — и цифру справа, и первая мысль была: сестра отправила не туда. Такие деньги стоит хороший натяжной потолок в двухкомнатной квартире, она знала точно — весной сама меняла. Она перечитала. Нет, чат был правильный — «Семья», три участника. Вера пролистала дальше. Платье, туфли, «профессиональный фотограф» с пометкой «минимум», видеооператор, «фуршет родителей», флористика. Итоговая сумма внизу была подчёркнута — не жирным, просто подчёркнута, как в школьном учебнике. Вера написала: «Таня, это выпускной или ипотека?» Сестра ответила немедленно, будто ждала: «Не смешно. Все сдают. Там ещё фотозона отдельно, но это необязательно». «Необязательно» было выделено курсивом. Вера Николаевна положила телефон и попробовала читать дальше. Не вышло. Она преподавала в техникуме двадцать лет, знала, как выглядит ситуация, когда человек не может сказать «нет

Борис прослыл среди друзей разборчивым холостяком. Между собой они звали его Синей Бородой. Борода у Бориса действительно была, придавая ему шарма и загадочности. Высокий, спортивный Борис нравился девушкам, но ни у одной из них не получилось довести отношения с ним до свадьбы. Каждый раз, когда Борис навещал маму, она заводила разговор о женитьбе. - Тебе уже двадцать восемь. Друзья почти все женаты, у многих уже дети есть. Так и внуков не дождусь. Неужели не нравится никто? - Мои женатые друзья при любой возможности сбегают из дома, чтобы хоть пару часов почувствовать себя свободными. Мам, не переживай, женюсь, мне ещё двадцать восемь. Вот встречу такую, без которой жить не смогу… - Да где ты её встретишь? Пока ищешь, всех невест разберут. Ты разбиваешь мне сердце, - вздыхала мама. Но однажды Борис влюбился. Это было как удар в солнечное сплетение. Он зашёл в кафе выпить кофе. Невысокая девушка плавно и ловко лавировала между столиками и посетителями. Борис не мог отвести от неё глаз