Александр Коротков

Галилея, обычно оживлённая народными толпами и возгласами исцелённых, встретила их непривычной, глубокой тишиной. Выйдя оттуда, они шли через Галилею, но Он старался, чтобы никто не узнал о Его присутствии. Не было обычных остановок, проповедей на берегу или споров с фарисеями. Этот путь был сосредоточенным, почти тайным. Всё его внимание было направлено не на толпы, а на учеников. Он учил их. И эти уроки пронзали душу, выбивая почву из-под ног. Он снова сказал им то, что их разум не мог принять: Сын Человеческий будет предан, убит и воскреснет на третий день. В этих словах не было сомнения — только холодная, неизбежная ясность. Он говорил о предательстве и смерти, но последнее слово терялось в ужасе от первых двух. Они не понимали этих слов. Это было не просто незнание. Их души возводили стену, чтобы не принять невыносимую реальность. Они боялись даже переспросить, а спросить Его опасались. Они шли за Ним молча, погружённые в тревожное недоумение. Страх за Него смешивался со смутны