МАРИЯ ТУКИНА

Иногда ко мне приводят щенков, а я уже по первым пяти минутам понимаю: лечить придётся не щенка. Щенок-то что? Щенок — это комок жизни на коротких лапах. Он ещё не знает, что в этом мире нельзя грызть тапки, писать на ковёр, прыгать на колени к людям с больной спиной и радоваться так, будто каждый вошедший в комнату лично отменил конец света. Щенок не виноват, что он щенок. А вот люди иногда покупают щенка с таким выражением лица, будто приобрели не живое существо, а бытовой прибор от одиночества. Поставил в квартире — и бабушке весело. Пищит, бегает, хвостом машет. Ну красота же. Вот с такой красотой однажды ко мне и пришли. Вернее, сначала вошла пожилая женщина. Невысокая, сухонькая, в аккуратном пальто, с платком, повязанным так, как умеют только женщины старой школы: вроде просто платок, а в нём вся биография — рынок, поликлиника, автобус, дача, очередь за сахаром в девяностые, и «ничего, прорвёмся». В руках у неё была сумка-переноска. Из сумки торчал нос. Нос был мокрый, чёрный и

Сегодня у нас история настолько классическая для юридической практики, но драматичная настолько - хоть сериал снимай для федерального канала. С налётом провинциального колорита, разумеется. Женской аудитории в значимой ее части сегодняшний мой тон не понравится. Но и я не 5000-ая купюра - всем и каждому доставлять. Жил-был в нашем славном городке, где все друг друга через три рукопожатия знают, мужчина по имени Иннокентий. Кеша - примерный семьянин, индивидуальный предприниматель, отец двоих детишек 5 и 9 лет. Нарадоваться на него жена не могла: не пьет, не гуляет, всё в дом, всё в семью. Настоящий мамонт в наших краях, вымирающий вид. Да и он от жены в восторге. Девица-красавица, на 6 лет моложе его, хозяюшка. Любо-дорого смотреть! И жил бы Кеша долго и счастливо, если бы прошлое не решило постучаться в дверь. Причем с ноги. Отматываем ленту времени на 13 лет назад. Кеша дружил с одной девицей, на год его старше. Он уже как два года жил в другом райцентре, куда попал после ВУЗа пора