Антонина Горбач (Малинина)

Алёна расстегнула коричневый чемодан мужа, чтобы убрать вещи в шкаф, и на самом дне увидела детский рисунок. Под синим домом, кривым солнцем и двумя палками вместо ног кто-то старательно вывел: «Папа, приезжай осенью». Она держала лист обеими руками, будто бумага могла дрогнуть и выдать её раньше времени. С веранды доносились голос Бориса и короткий смех Тимофея. Муж вернулся час назад, ещё не успел переодеться, уже сидел за столом, пил чай с мятой и рассказывал сыну, как долго стоял на объездной у моста. Всё было как всегда. Скрип калитки, тёплая пыль на досках, укроп на блюде, старый чемодан у табурета. Только этого рисунка в их лете раньше не было. Алёна положила лист обратно, под рубашки, под полотенце, под тёмно-синий свитер, который Борис зачем-то привёз в июне, и провела ладонью по крышке чемодана. Закрыла замок, поправила волосы и вышла на веранду так спокойно, будто просто искала чистые плечики. Борис сидел боком к окну, загорелый, с сединой на висках, в светлой рубашке с зака