НАДЕЖДА СЫН АНДРЕЙ

«Я не смогла спасти Русика. Но у нас есть ещё сегодня...» Мне не подобрать слов, чтобы описать эту боль. У нас в приюте больше 180 живых сердец. За каждого я в ответе. Но есть рана, которая кровоточит вечно. Которая не затянется никогда. Вчера ушёл Русик. Навсегда. ... Я не успела. Мы не успели. И эта пустота останется со мной на всю жизнь... навсегда... Но пока внутри меня бьётся страх за Русика, внутри приюта бьются ещё 180 сердец. У них есть сегодня. И у нас есть шанс. Маленький, хрупкий, но шанс успеть к тем, кто ещё жив. Пожалуйста, давайте поживём ещё немного. Вот она, Марта. Марта — старушка с историей, от которой стыдно за людей. Несколько лет назад я забрала её у живодёра. Вместе с крошечными новорождёнными детьми. Она лежала в четырёх стенах, ела сухие макароны и медленно умирала от голода. Мы её вытащили. Но беда не спрашивает, сколько боли уже было. Сейчас Марта плохо себя чувствует, её рвёт зеленью. Врач сказал: если тянуть — она уйдёт быстро. Очень быстро. Туда же