Сергей Рычков

Ключевая особенность боеприпаса — трёхэлементная пуля. После выстрела она не ведёт себя как привычный монолитный снаряд. В полёте происходит разделение, формирующее расширенную зону поражения. Именно это даёт эффект там, где обычная пуля часто оказывается бесполезной: против малогабаритных, быстро меняющих направление целей. По результатам полигонных испытаний эффективность поражения таких объектов увеличивается в 2,5 раза по сравнению со стрельбой стандартными боеприпасами из автомата Калашникова. Для бойца это означает не статистику, а практику: меньше выстрелов — выше результат. Дальность, которая решает До появления «Многоточия» борьба с дронами на ближних дистанциях чаще всего ложилась на дробовики. Они давали шанс, но имели очевидный предел — по дальности и по удобству. Новый патрон уходит от этой логики. Эффективная дистанция поражения воздушных целей достигает 300 метров. Это в несколько раз больше, чем у ранее применявшихся решений подобного класса. Для сравнения: фрагменти

Осенью сорок первого на Волоколамском шоссе творилось невообразимое. Немецкие колонны текли сплошным потоком, техника, пехота, обозы — казалось, этому валу не будет конца. И вот в эту стальную реку врезался батальон старшего лейтенанта Момышулы. Врезался, остановил, задержал на сутки, а потом исчез. Потом снова врезался. И снова исчез. Так рождалась тактика, которую позже назовут «спиралью». Случилось так, что в штабе дивизии батальон сочли погибшим. А он выбрался из кольца. Вышел в полном порядке — строевым шагом, аща за собой всё вооружение, походную кухню и раненых. Бойцы уже в расположении части узнали, что их, оказывается, похоронили... Писатель Александр Бек, приехавший на фронт за материалом, спросил его: «Как ваша фамилия пишется?» И получил ответ, который потом войдёт в книгу: «У меня нет фамилии. Момыш-Улы — это сын Момыша. Отчество. А имя — Бауыржан». Появился на свет он в 1910-м, в ауле Кольбастау. Трёх лет от роду лишился матери. Рос у бабушки, потом жил в семье русских

История «Офицеров» началась с голоса, который прозвучал не в кадре, а в кабинете министра обороны СССР. Андрей Антонович Гречко хотел, чтобы на экране появилась правда, которую обычно не показывают. Не только приказы, учения, парады, но и то, что держит армию изнутри, — тихие гарнизонные вечера, сборы чемоданов, детские голоса в новых квартирах, письма, которые идут долго и потому особенно дороги. Он видел фильм как разговор о долгой верности — и мужской, и женской. Ему хотелось вывести на первый план тех, кого редко замечали: жён офицеров. Их будни были не фоном, а опорой. И будто в одной строке он сразу собрал весь замысел: «Есть такая профессия — Родину защищать». Слова легли просто, без звона, как будто они всегда были где-то рядом, только ждали, чтобы их произнесли вслух. За основу взяли повесть Бориса Васильева «Танкисты». У Васильева был редкий дар — говорить о большом через малое: через взгляд, через паузу, через мелочь вроде сложенного письма или долгого молчания на перроне. И