Сергей Клочков

Для начала я хочу вспомнить своего деда-фронтовика, ушедшего из жизни тридцать пять лет назад перед самым развалом Союза, а потому не заставшего всей этой вакханалии: плясок на Победе, а затем не менее омерзительной спекуляции на ней правящих антисоветчиков, но уже с целью присвоить плоды чужой Победы себе и укрепления собственной легитимности. Потому я частенько говорю сам себе: хорошо, что он, как и миллионы других фронтовиков, всего этого не увидел. Лежит себе на тихом деревенском кладбище под яблоней среди таких же, как он, простых деревенских мужиков, которым повезло вернуться живыми с войны, честно трудиться, нарожать еще детишек и только на излете своей жизни застать то, чего нам — их детям и внукам — пришлось хлебнуть в полной мере после развала СССР — страны, за которую они проливали кровь. Но еще больше из них не вернулись домой, как два моих других, но уже родных деда. Один из которых пропал без вести осенью 1941 года, а второй погиб, освобождая Украину. Могила его сейчас та