Лилия Нечай (Бакан)

Если вы сейчас читаете этот текст, скорее всего, хотя бы раз в жизни тонометр показывал цифры выше, чем хотелось бы. Или показывает это регулярно. Знакомо чувство, когда цифры 140/90 заставляют внутренне сжаться? Мол, всё, пора ставить крест на соленом, бегать по утрам и пить таблетки горстями. Давайте сразу договоримся: гипертония — это не клеймо и не приговор вашей бурной молодости. Это состояние, с которым можно и нужно договариваться. Но чтобы договориться, надо понимать, с кем имеешь дело. Почему давление вообще подскакивает? Откуда берется эта напасть, если вчера всё было нормально? Обычно нам говорят: «Меньше соли, меньше стресса, пейте лекарства». И мы послушно киваем, но внутри остается осадок: а что там внутри-то происходит? Почему мой организм вдруг решил «поломать» сам себя? На самом деле он не ломается, он пытается выжить в тех условиях, которые вы (или обстоятельства) для него создали. И сегодня мы разберем это как на ладони. Представьте себе обычный водопровод в квартир

В 1983 году в редакцию журнала «Наука и жизнь» пришло письмо. Автор - 88-летний академик, дважды лауреат Сталинской премии, создатель двигателей для первых советских ракет и реактивных самолётов. В письме не было просьб о пенсии или жалоб на здоровье. Было предложение: «Я хочу рассказать, как мне удаётся работать по восемь часов в день, бегать по лестнице и не знать, что такое таблетки». Звали его Александр Александрович Микулин. К тому моменту он уже тридцать лет как ушёл на пенсию - но продолжал руководить лабораторией, писать книги и ежедневно делать странную, на первый взгляд, гимнастику: стоял на месте и подпрыгивал мелкими толчками, сотрясая всё тело. Коллеги поначалу подсмеивались. Потом перестали - когда заметили, что Микулин в 80 лет выглядит моложе многих 50-летних. Он не был врачом. Не изучал геронтологию. Просто однажды в 60 лет почувствовал, как тело начало «скрипеть»: одышка при подъёме на третий этаж, тяжесть в ногах, постоянная усталость. И вместо того чтобы смириться —