Валентина ПОЛОВИНКИНА

Возраст – лишь цифра, когда речь идет об истинном призвании. Эти артисты стали легендами еще в советские годы, но и сегодня они не спешат уходить на заслуженный отдых. Вспоминаем 10 актеров-долгожителей, которые продолжают выходить на съемочную площадку, восхищая своей энергией. Возраст: 89 лет Творческий путь Светланы Немоляевой начался еще в детстве с эпизодических ролей в фильмах её отца, а первой серьезной работой стал фильм-опера «Евгений Онегин». Однако подлинный триумф в кино случился благодаря сотрудничеству с Эльдаром Рязановым. Несмотря на то, что актриса не прошла восемь проб в «Иронию судьбы», режиссер разглядел в ней уникальный талант и доверил ключевые роли в лирической комедии «Служебный роман» и сатирической ленте «Гараж». Помимо работ у Рязанова, Немоляева успешно снималась в самых разных жанрах – от признанных на международном уровне сказок, таких как «Ослиная шкура», до первых российских сериалов. Сегодня, перешагнув порог 85-летия, народная артистка продолжает вести

Он появился из ниоткуда. Из сибирского Омска, из театральной студии, из эпизодических ролей в провинциальном ТЮЗе. Его никто не знал. Его фото случайно увидели режиссеры. А через три года он стал звездой всесоюзного масштаба. И через девять — его не стало. Владислав Дворжецкий прожил всего 39 лет. В кино — лишь десятилетие. Но за это короткое время он успел сыграть генерала Хлудова и капитана Немо, пилота Бертона в «Солярисе» и безумного Ильина в «Земле Санникова», испанского короля и советского ученого, писателя-антифашиста и вора-рецидивиста. Он был красив той особой, аристократической красотой, которая не сочеталась с его биографией. Он был интеллигентен той глубинной интеллигентностью, которую невозможно сыграть. Он был обречен той роковой обреченностью, которую зрители чувствовали за версту. Отрывок из Х/Ф "Капитан Немо" — Капитан Немо, он же принц Даккар 1939 год. Омск. Он родился в семье, которая уже была надломлена. Отец — Вацлав Дворжецкий, польский дворянин, актер, прошедший

— Как ты это выдержал? — спросила его потом Екатерина. В тот вечер Георгий сел рядом с ней на горячую батарею. И сидел. Говорил без умолку — о театре, о ролях, о чём-то ещё. Она его почти не слушала — раздражал. А он не замечал ни её раздражения, ни жара от радиатора, который, наверное, уже прожигал штаны. «Я тогда ничего не соображал», — скажет он потом. Они познакомились у общих знакомых. Ему — 25. Ей — 24. Он — ленинградский актёр, уже звезда ТЮЗа. Она — студентка Щукинского училища, москвичка с интеллигентными корнями: отец — знаменитый писатель Георгий Марков, автор «Строговых». Мать — детская писательница Агния Кузнецова. В её крови был литературный олимп, в его — просто театр. Тараторкин увидел эти веснушки, эту обаятельную улыбку и пропал. И так с этого вечера и не отошёл до последнего дня своей жизни. До 4 февраля 2017 года. Свадьба на перроне: «Катю отпустили из театра всего на один день» Они поженились в 1970 году. Свадьба — смешная и трогательная до слёз. Екатерину, котора

Сто лет... От этой цифры веет чем-то тяжёлым, фундаментальным, гранитным и бронзовым. Между тем, в мелодиях, аранжированных и записанных этим человеком, по-прежнему сияет и искрится парящая молодая энергия. Секрет — в мастерстве, таланте, трудолюбии. И в чём-то волшебном, что не измерить привычными рамками. В бесчисленных альбомах оркестра Поля Мориа — вся траектория музыки XX века, её смысл и суть безо всяких слов, все лучшие мелодии в удобном формате на стыке эстрадного блеска и классического благородства. Скромный французский дирижёр без лишних слов сумел объединить культуры и выйти за пределы всяческих границ — лишь с помощью музыки. Наследие Поля Мориа, по сути, монолитно. Среди его пластинок нет особых прорывов, как нет и провалов. Любой альбом или сборник можно слушать с любого места, и рано или поздно наткнёшься на знакомое и любимое: на мелодию из детства, на заставку телевидения или радио, на песню, которая сияет новыми красками под взмахом дирижёрской палочки Поля Мориа. Ист