Надежда Шевелёва

На Чукотке просто так никто не исчезает. Тундра может быть суровой, погода — жестокой, но местные жители знают эти земли лучше, чем кто-либо другой. Они живут здесь поколениями, на тех же местах, где стояли яранги их отцов и дедов. Каждый холм, каждая бухта, каждая звериная тропа знакомы им с детства. Они не торопятся, не суетятся, не рискуют без нужды. И если охотник ушёл в тундру, он всегда найдёт дорогу назад. Поэтому то, что началось зимой девяносто четвёртого, никто в посёлке не мог объяснить. Из одного маленького чукотского поселения под названием Нунаваам начали пропадать люди. Пропадали не случайные люди и не те, кто пришёл сюда недавно. Исчезали именно местные, коренные жители. Те, кто вырос в этой тундре, кто знал её до последней кочки. Тихие, спокойные, опытные охотники, которые с детства ходили по этому белому безмолвию так же уверенно, как по собственному дому. Они уходили утром и не возвращались. Не было ни следов борьбы, ни крови, ни разорванных нарт. Просто растворялись