Евгений Симкин

СВО уже превзошла по продолжительности Великую Отечественную войну. Это произошло в январе 2026 года. Тогда и народ, и руководство страны стремились к победе. Люди встали на защиту Родины и сражались за победу. Цели были ясны: достичь Берлина и одержать победу! Сегодня же трудно предсказать, к чему всё это приведёт. Складывается впечатление, что стремление к победе остаётся сильным только у солдат на передовой и мирных граждан, которые ежедневно вынуждены сталкиваются с трудностями и реалиями СВО. Сегодня ситуация иная: война не затрагивает чиновников и их семьи. В те годы наши гос-служащие не имели счетов и недвижимости за границей либо тщательно это скрывали. Ну или больше шефравались не так, как сейчас: и гражданства, и имущество, и счета в других странах. Мы всё думаем, что же о нас подумают «западные партнёры», если мы сделаем тот или иной шаг... И бережём там кого-то... Думается мне, все, кто хотел, уже давно свалили оттуда, остались, видимо, те, кто поддерживает господина ЗЕ и

Страны, которые открыто поддерживают ВСУ – Франция, Германия, – закупают русский сжиженный газ в больших объемах. И их заводы, работающие на нашем топливе, делают оружие, которым убивают русских людей. Не пора ли это остановить? Когда США начали боевые действия на Ближнем Востоке, Иран отказался от заигрываний и создал топливный кризис. А Россия как будто по-прежнему живёт в мирном времени. По телевизору танцы с Киркоровым, наши энергоносители едут в воинственную Европу. В вопросе торговли газом возникает противоречие между экономической целесообразностью и национальными интересами. С одной стороны, мы поставляем топливо странам, которые поддерживают Украину, а значит, косвенно участвуем в обеспечении производства оружия, которое потом используется против наших солдат. С другой – нам остро нужны деньги. Об этом рассказал руководитель Центра геополитических исследований Института инновационного развития Дмитрий Родионов. "Новороссия": Должны ли мы вообще это делать? Д. Родионов: Однозна

Пачка масла — 200 рублей. Бутылка молока — 150. Батон хлеба — 80. Итого: 430. Сдача — 70 рублей. На них можно купить… одно яблоко. Или половину плавленого сырка. Или проезд на автобусе в одну сторону. Вы говорите: «500 рублей за всё». Я пересчитал. Получилось 430. Но суть не в 70 рублях разницы. Суть в том, что ещё пару лет назад за эти деньги можно было взять в два раза больше. А ещё через пару лет — в два раза меньше. И это — не «временные трудности». Это — системный сдвиг. Который только набирает обороты. Добро пожаловать в 2026 год, где батон хлеба стоит как пара носков, а пачка масла — как обед в столовой. И это — только начало. Давайте посчитаем. Не по Росстату, а по жизни. Что мы видим на полках в мае 2026 года (средние цены по стране по данным открытой статистики и мониторинга СМИ) : Умножаем на два (если в семье двое взрослых и ребёнок, то молока нужно больше, масла — больше, хлеба — больше). Получаем 500–700 рублей на базовый набор на день-два. Не на неделю. На день-два. Ирон

Главный начальник вчера посетил Х съезд машиностроителей России, где выслушал доклады подчинённых о достижениях в отечественном машиностроении. Однако, если посмотреть на реальные показатели, ситуация выглядит далеко не так оптимистично. Особенно удручают данные о производстве легковых автомобилей, которое опустилось ниже уровня 70-х годов прошлого века. Грузовые автомобили и гражданская авиация также находятся в плачевном состоянии. Производство автобусов, тракторов, комбайнов и другой необходимой техники также не радует. Впрочем, достаточно взглянуть на выпуск подшипников качения, без которых невозможно представить работу станков и турбин, чтобы понять, насколько критична ситуация. Тут еще важно отметить, что сейчас ни один вид техники не производится без иностранных комплектующих, будь то двигатели, коробки передач или подшипники. Ранее это были западные детали, теперь — китайские. Технологический суверенитет, о котором так много говорят, остаётся лишь на бумаге. И всё это стало