Татьяна Васильченко

В последние месяцы судейское сообщество России сотрясают коррупционные скандалы: элитные квартиры, десятки автомобилей, многомиллиардные активы всплывают в отчётах проверок. Председатель Верховного суда Игорь Краснов поручил разобраться. В последние месяцы одна за другой гремят новости о коррупции в высших эшелонах судейской власти России. Элитные квартиры, десятки автомобилей, многомиллиардные активы - всё это всплывает в проверках. Председатель Верховного суда Игорь Краснов поручил разобраться. Речь идёт об Альбине Адзиновой - председателе судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда КЧР. Почти 20 лет в системе, начинала с районного суда. В этом году претендовала на должность заместителя председателя Верховного суда республики. Фото: Коллаж Царьграда У семьи Адзиновой обнаружилась квартира в элитном ЖК "Золотые ключи-2" в Москве. Площадь - более 300 квадратных метров, оформлена на зятя. За девять лет официальная зарплата судьи составила 15,2 млн рублей - около 1,7 млн в год

Мы привыкли относиться к бесплатной медицине как к социальной фикции. Очереди, талоны «через месяц», вежливое «ничем не могу помочь» от регистратора — знакомая картина? Итог закономерен: за нормальным лечением мы идём в платную клинику, предварительно открыв кошелёк. Но адвокат Ольга Алешина утверждает: в девяти случаях из десяти мы платим не за отсутствие возможностей, а за собственное незнание своих прав. Далее разберём самые живучие заблуждения, которые ежедневно облегчают карманы пациентов. «Ближайший терапевт через три недели, узкий специалист — через месяц». Слышали? И покорно ждали. А зря. Закон предельно чёток: к участковому терапевту — не позднее 24 часов, к узкому специалисту — 14 рабочих дней. При подозрении на онкологию или сердечно-сосудистую патологию — три дня. Если в поликлинике нет мест в эти сроки, она обязана дать направление в другое учреждение. Не хочет? Нарушает ваши права по полису. Точка. Нет томографа в родной поликлинике — идём в платный центр, рассуждая о сур