Ирина Дюдяева (Баршалковская)

Когда на экране появлялся этот добродушный увалень с носом-картошкой, советские зрители начинали улыбаться заранее. Тунеядец Федя из «Операции "Ы"», матрос Кныш из «Полосатого рейса», Макарыч... Казалось, этот человек создан для комедии и беспечности.​ Никто из смеющихся в зале не догадывался, что этот «балбес» — кавалер двух орденов Славы, который в рукопашной схватке лично уничтожал врагов и брал пленных. Что он никогда не женился из-за страшной фронтовой тайны. И что его смерть станет одним из самых трагичных финалов в истории советского кино: он уйдет из жизни в день выписки из больницы, просто потому что его сердце не выдержит одной новости.​ 7 мая 1979 года. Ленинград. Мариинская больница. В этот день Алексей Макарович Смирнов готовился к новой жизни. Позади были полгода лечения сердца. Врачи, видя улучшение, подписали выписку. Актер, любимец персонала, решил отблагодарить врачей и медсестер небольшим прощальным столом.​ Он был бодр. Он еще не знал главного. Две недели назад весь

В биографии Георгий Александрович Юматов было всё, что так любят глянцевые журналы: невероятная удача, хулиганская импульсивность, уход на войну, почти полученная звезда Героя и абсолютно внезапный поворот в сторону кино. Его Трофимов из Офицеры стал символом стойкости, но настоящий характер актёра был куда ярче и резче — с боевыми ранениями, вспыльчивостью и судьбоносными случайностями, которые сделали его легендой. Уроженец Москвы с приличным семейным бэкграундом, Юматов рос дерзким, спортивным и бесконечно упрямым. Учёба явно отходила в сторону перед дракам на переменах, но одна мечта держала его в рамках — море. Ради поступления в военно-морское училище Георгий Александрович подтянул оценки, стал курсантом и в 16 лет оказался на войне, записавшись юнгой сразу после ранения старшего брата. Черноморский флот, торпедный катер, атаки, обстрелы, гибель товарищей — всё это Юматов прошёл подростком. За два года Георгий Александрович успел получить три ранения, обморожение, контузию, потер

По сравнению с главными белорусами советской эстрады — «Песнярами» — ВИА «Верасы» смотрелся и звучал простовато. И всё-таки ансамбль запомнился. Во-первых, визуально. Ни в одном другом коллективе СССР не было колоритного усача и интеллигентной дамы в очках, которые бы с такой любовью смотрели друг на друга на сцене. Во-вторых, «Верасам» повезло создать всенародный шлягер на века — незабвенную «Малиновку». Финал фестиваля «Песня-80» вышел в эфир 1 января 1981 года. Примерно в середине белорусский ансамбль «Верасы» вышел на сцену во второй раз. И если в свой первый выход белорусские музыканты исполнили романтический «Белый парус», то на этот раз всё было иначе. Солист-усач с бас-гитарой явил стране главный номер «Верасов»: «Малиновки заслыша голосок, припомню я забытые свидания...» Сразу привлекла внимание и девушка со «свистулькой». На сцене появились и подтанцовка, что также было в новинку. Правда, солистка в очках почему-то в тот день перед публикой так и не появилась... ВИА «Верасы»