Татьяна Халкатьян (ШАУЛА)

Когда Дима вручил ей ключи от своей квартиры, Ева поняла: Бастилия взята. Ни один Ди Каприо такне ждал Оскар, как Ева ждала своего Адама (пусть даже и Диму), к тому же с собственным шалашом. Отчаявшаяся, тридцатипятилетняя, она все чаще бросала сочувственные взгляды в сторону уличных котов и на витрины «Всё для рукоделия». А тут он — одинокий, потративший молодость на карьеру, правильное питание, спортзал и прочую чушь вроде поисков себя в этом мире, и к тому же бездетный. Ева загадывала этот подарок с двадцати лет, и до этого тормоза — деда Мороза — видимо, наконец дошло, что она не шутила. — У меня последняя в этом году командировка, и я весь твой, — сказал Дима, вручая заветную отмычку от своего оазиса. — Только не пугайся моей берлоги. Я обычно прихожу домой исключительно ради спячки, — сказал он и, оседлав «Боинг», улетел в другой часовой пояс на все выходные. Ева взяла зубную щетку, крем, спонжики и поехала смотреть, что же там за берлога. Проблемы обнаружились уже на входе. Дима