Николай Батов

Вчера зашёл к соседу Вадиму попросить дрель. Он открыл дверь в домашних штанах, футболке: — Заходи, только что ужинал. Зашёл. Квартира чистая, на кухне пахнет жареной курицей. На столе ноутбук, рядом бокал красного вина. Вадиму пятьдесят один год. Разведён двенадцать лет. Живёт один. Работает инженером, зарабатывает сто сорок тысяч. Я знаю его пять лет — с тех пор, как въехал в этот дом. Ни разу не видел у него женщину. Даже в гостях. Отдал мне дрель, налил виски: — Присядь, раз зашёл. Давно не виделись. Сели на кухне. Выпили. Я спросил: — Вадим, а почему ты один? Не ищешь никого? Он усмехнулся: — Специально не ищу. Знаешь, Игорь, я прожил двенадцать лет один. И понял — мне так лучше. — Почему? Он налил ещё. Откинулся на спинку стула: — Расскажу. Шесть причин. Конкретных. Которые я выстрадал. Причина первая — риск разорения при разводе Вадим начал: — Я развёлся двенадцать лет назад. Был женат восемнадцать лет на Ольге. Дочь у нас есть, сейчас ей двадцать восемь, живёт отдельно. Он сде

Во Вьетнаме Семья из Екатеринбурга уехала во Вьетнам на полгода. Квартира за 25 тысяч, работа удалённо, дети в онлайн-школе. Вчера встретил их в кафе. Разговорились. Оказалось, на всё про всё у них уходит 50 тысяч в месяц. Жильё, еда, развлечения — всё включено. Я сам живу в Нячанге почти 7 лет. И таких семей вижу всё больше. Русские массово едут сюда зимовать. Не на неделю, а на месяцы. Расскажу, почему это происходит и как они это делают. Что вообще происходит Последние два года Вьетнам буквально заполонили русские. Русские на пляже в Нячанге играют в волейбол Нячанг, Дананг, Муйне — везде слышишь русскую речь. В кафе, на рынке, на пляже. Иногда кажется, что я не уехал из России, а просто переехал в её тёплый филиал. Раньше на зимовку ехали либо богатые пенсионеры, либо фрилансеры-одиночки. Сейчас всё изменилось. Приезжают семьи с детьми. Пары, которым надоел серый ноябрь. Удалёнщики, которые поняли: работать можно откуда угодно. Вот Оля из Питера — работает SMM-щиком, приехала в ноя