Владимир Гехт

В мире есть блюда-легенды, блюда-путешественники, которые, появившись в одной точке на карте, покорили сердца гурманов по всей земле. Лагман — именно такое явление. Это не просто насыщенный мясной суп с лапшой, это целая философия, история, заключенная в глиняной пиале. Его вкус — это отражение многолюдных восточных базаров, дымящихся котлов на кочевых стоянках и безмятежности горных долин. Это блюдо, рецепт которого передается из поколения в поколение, обрастая новыми подробностями, но неизменно оставаясь узнаваемым. Сегодня мы приоткроем завесу тайны и погрузимся в искусство приготовления настоящего лагмана, от замеса эластичного теста до томления ароматного соуса. Как говорят знатоки: «Хороший лагман начинается с правильного теста, а великий — с правильного настроения». Лагман — это многосоставное блюдо, которое условно можно разделить на три ключевых элемента: Родина лагмана — до сих пор предмет кулинарных споров. На него претендуют уйгуры, дунгане, узбеки, таджики и киргизы. Его и

Забудьте картинку, где казак возвращается домой, а его с повязанным платком скучающая русская красавица встречает у ворот. Донская станица — это совсем другое кино. До поры до времени женщины там были необычны и, прямо скажем, не московитской наружности. И причин тому несколько: от практичной необходимости до злой, но очень красивой истории, растянувшейся на столетия. Изначально донские казаки — это мужская, по сути, община. Беглые русские крестьяне, старообрядцы, авантюристы, «лихие люди» отправлялись в Дикое поле за свободой, а не за семейным счастьем. Женщин среди «вольных людей» практически не было. Стоял демографический кризис: род продолжать нужно, а взять невесту негде. Выкрутились просто — взяли тех, кого смогли. В XVI–XVIII веках у донцов до 90% браков было смешанным, причём не с русскими, а с восточными женщинами. Каждое морское путешествие за добычей несло в трюмах не только серебро. Пленницы — татарки, турчанки, «ясырки» (название от слова «ясырь» — добыча) — становились г