Татьяна Риасс/ Малкина

Представьте: вы копаетесь в саду, отложили свое любимое кольцо на край лавочки, отвлеклись на секунду... и всё. Кольца нет. И сосед из-за забора дает «ценные советы», покачивая головой с укором: «Это сорока, сто процентов! Они всё блестящее тащат». Вы смотрите вверх — и правда, там сидит она. Черно-белая. Подозрительная. Щёлкает клювом. Но что, если... она ни при чём? Давайте разберёмся. И не пальцем в небо, а по науке. Потому что учёные наконец ответили на вопрос, который волновал человечество с тех пор, как появилась первая серебряная ложка и тут же исчезла: правда ли сороки воруют блестящее? Но чтобы понять, что и зачем воруют сороки, давайте сперва посмотрим на их уникальный интеллект. Сорока — это птичий профессор Мориарти с дипломом по психологии. Сначала озвучу факт, который разбивает все стереотипы. Сорока — единственная птица в мире, которая узнаёт себя в зеркале. А это очень важный показатель интеллекта. С млекопитающими его проводят с целью понять, есть ли у животного созн

Сара снова приехала. Моя американская знакомая, которая однажды искренне спрашивала, есть ли в России интернет в каждом доме, на этот раз явилась не одна. — Это Инга, — Сара кивнула на худощавую женщину с коротким каре и внимательным взглядом. — Инга из Берлина. Она диетолог. Работает в клинике, консультирует по питанию. Очень хотела посмотреть, как у нас тут готовят. По-настоящему. Инга протянула руку, сухо представилась и окинула взглядом мою кухню. Без агрессии, но с профессиональным интересом. Как врач, который зашел в палату к сложному пациенту. Подписывайся на мой канал на МАКС, чтобы задать вопросы по школьной программе Я накрыл стол. Обычно, без пафоса: борщ на говяжьей грудинке, пампушки чесночные, сало домашнее, картошка отварная с укропом, котлеты, селедка под шубой, соленья из погреба. Инга посмотрела на этот набор и спросила спокойно, без эмоций: — Это всё на один вечер? Вы всегда так питаетесь? — Когда гости, — ответил я. — А что не так? — Да нет, просто интересно, — она

В 1970‑е годы в ленинградский Дом офицеров пригласили ветерана. Он поднялся на сцену медленно, опираясь на палочку. На груди — Золотая Звезда Героя. Лица у него не было. Сплошной ожог, шрамы, пересаженная кожа. В зале повисла тишина. Ветеран начал рассказывать о своих боевых товарищах. О себе — ни слова. А потом, в самый сильный момент своего выступления, снял тёмные очки. Зал охнул. Два солдата в первом ряду упали в обморок. Это был Леонид Георгиевич Белоусов — человек, которого судьба пыталась уничтожить дважды, а он, вопреки всему, дважды вернулся в строй. 1938 год, старший лейтенант Белоусов, истребитель Балтийского флота, получил приказ подняться в воздух на своей «Чайке» (И‑153) — перехватить нарушителя границы. Погода резко ухудшилась, разыгралась метель. Лётчик не стал покидать машину, решил сажать «вслепую». Удар о землю оказался чудовищным. Топливные баки рванули, истребитель стал пылающим факелом. Товарищи вытащили Белоусова из огня уже обгоревшим — лицо, руки, грудь превра