Ольга Логиновская

«Нужно ли упорно молиться о здравии 80-летнего человека, если он заболевает к смерти? Как понять, что о здравии уже не надо молиться?» Над этим вопросом размышлял протоиерей Андрей Ткачёв. Андрей Ткачёв, протоиерей: Это открытый вопрос для вашего сердца. Люди живут и до семидесяти, и до восьмидесяти лет. По человеку более менее, видно, куда он зрит: туда или сюда? Честно говоря, не знаю, что вокруг нас будет происходить, когда мы сами будем умирать... Но если абстрагироваться, то лично мне не очень понятно это жадное желание биологически существовать, когда всякая радость у человека уже отнята. Когда понятно, что человек уже не встанет, что он уже не будет прежним, не будет рожать детей, копать огород, отплясывать на чьей-то свадьбе... То есть уже видно, что человек больше направлен в мир иной, чем в этот мир. Есть люди, которые, например, читают канон на разлучение души от тела... Когда мы прикладываем очень много усилий, чтобы продолжить это угасающее биологическое существование,