Резеда Ахметшина (Гирфанова)

В современной Турции, да и, пожалуй, во всем мире, имя Хюррем неразрывно связано с огненной Мерьем Узерли, роскошными нарядами, расшитыми золотом, и той самой победоносной улыбкой женщины, которая, как принято считать, поставила на колени целый султанат. Кажется, что назвать свою дочь Хюррем — это всё равно что выписать ей счастливый билет в высшую лигу жизни. Пожелай ей, дескать, власти, любви, успеха, головокружительной карьеры и, разумеется, безоговорочной победы в любом деле. Однако — и тут я прошу вас остановиться и задуматься — если мы с вами, вооружившись временем и терпением, заглянем в генеалогическое древо династии Османов после XVI века, нас ждет поразительный, почти шокирующий сюрприз. Там нет других Хюррем. Династия, которая обожала повторять имена великих предков — сколько у них было Мехмедов, Ахмедов и Мустаф, уму непостижимо! — словно наложила негласное, но железное вето на имя своей самой знаменитой, самой блистательной султанши. И причина здесь, дорогие мои, кроется