Юрий Владимирович

Ее называют лесным призраком. Рысь не самая крупная, но, пожалуй, самая бесстрашная и совершенная хищница наших лесов. Для волчьей стаи она — не добыча, а досадная помеха, которую проще игнорировать, чем тратить силы. Тишина в лесу бывает разной. Одна — пустая и прозрачная, когда вокруг ни души. Другая — густая и напряженная, будто воздух превратился в студень. Это та тишина, которая наступает, когда все лесные голоса разом замирают, почуяв близость хищника. Хищника, чье дыхание не слышно, а шаги настолько тихи, что их не отличить от падения снежной крупы с еловой лапы. Олени чутко опускают головы к земле, птицы замолкают в середине трели — она здесь. Рысь вышла на промысел. Это тот редкий случай, когда волк-одиночка, учуявший ее присутствие, предпочтет свернуть с тропы и обойти стороной, не проверяя, кто сильнее. А росомаха — отчаянный и бескомпромиссный боец — десять раз подумает, прежде чем связываться. Рысь уважают, о ней слагают истории у охотничьих костров. А она живет по сво

Когда первые русские первопроходцы дошли до Чукотки в XVII веке, они встретили народ, который не походил ни на кого из тех, кого видели раньше. Люди, которые спокойно ходили босиком по снегу, жили в домах без печей посреди вечной мерзлоты и не знали, что такое страх перед морозом. Казак Семён Дежнёв в 1648 году написал в докладе царю об обнаружении нового северного народа и назвал их «чукчами» — от местного слова «чаучу», что означает «богатый оленями». Прошло почти четыре сотни лет, но чукчи по-прежнему остаются одним из самых загадочных народов России. Их всего около 16 тысяч человек, но за этими скромными цифрами скрывается культура, которая пережила тысячелетия в самых суровых условиях на планете. Люди, пришедшие за мамонтами История чукчей начинается примерно 20 тысяч лет назад. Тогда на месте Берингова пролива существовала Берингия — огромный участок суши, соединявший Азию и Америку. По этому естественному мосту из Саяно-Байкальского региона шли первые охотники на мамонтов. Кто-т