Александр Краав

Представьте себе северные широты Атлантики. Атомный авианосец проекта «Лидер», гигантская стальная крепость, рассекает неспокойные воды. На его полётной палубе, несмотря на качку, царит сосредоточенная готовность. Экипаж готовит к вылету новейший истребитель, чей силуэт с непривычным двойным крылом кажется пришельцем из будущего. Пилот занимает место в кабине, двигатели с управляемым вектором тяги выводятся на режим. Но взлётная дистанция катапульты на «Лидере» ограничена, а запас палубы за её пределами — драгоценные метры. Здесь и проявляется гений инженерной мысли. Перед самым стартом гидравлика приходит в движение: верхняя секция двухчастного крыла плавно приподнимается на специальных силовых кронштейнах, фиксируясь под оптимальным углом. В этой конфигурации крыло превращается в мощный несущий щит. По сигналу «Старт!» катапульта стремительно разгоняет машину. В критический момент отрыва подъёмная сила, многократно усиленная поднятой верхней секцией крыла, уверенно отрывает тяжелы

Когда пехота упирается в хорошо подготовленный укрепрайон, классная артподготовка и танки уже не всегда решают. Против бетона, глубоко выкопанных окопов и подземных ходов нужна другая «аргументация» — та, после которой даже выжившие думают не о бою, а о том, как бы успеть убежать. В российской армии таким инструментом стали тяжёлые огнемётные системы ТОС-1А «Солнцепёк» и ТОС-2 «Тосочка» с термобарическими боеприпасами. Разберём, что это за машины, как работает «объёмный взрыв» простыми словами и почему один залп по опорнику зачастую решает исход боя ещё до штурма. ТОС — это не «огнемёт» в старом понимании, а реактивная система залпового огня ближнего радиуса, заточенная именно под работу по живой силе в укрытиях и укрепрайонах. ТОС-1А «Солнцепёк» — тяжёлая установка на шасси танка Т-72 с пакетом направляющих (обычно 24 трубы). ТОС-2 «Тосочка» — более новая версия на колёсном шасси, с краном для перезарядки, улучшенной защитой и более «дальнобойным» профилем работы. Главное отличие от о

Время любит стирать границы между победами и ошибками. Иногда оно делает это быстро, иногда годами, почти незаметно. Особенно в кино, где вчерашний герой может стать сегодня лишь воспоминанием о эпохе, когда фильмы были проще, а зрители - более доверчивыми. В конце 80-х и начале 90-х влияние боевиков было огромным. Казалось, что герои на экране могут решить любую проблему. Зрители охотно верили этим мифам и возвращались в кинотеатры за знакомым ощущением силы и ясности мира. И среди тех, кто формировал стиль десятилетия, был Жан-Клод Ван Дамм - человек, который двигался так, будто в реальности действует иной набор правил. Он не просто отличался пластикой и фирменным шпагатом. Он представлял собой новый вариант суперзвезды: не столь массивный, как Шварценеггер, не столь мрачный, как Сталлоне, но с собственным шармом. Его путь казался прямой дорогой вверх. До момента, когда одна развилка изменила все. Мы в этой статье не будем говорить о его успешных фильмах. Вы их много раз видели и з