Леонид Дубаневич

Ноябрь 1945 года. В село Вороновка Николаевской области возвращается старшина. Дома его не ждали — ещё в 41-м пришла похоронка. Родные, увидев его на пороге, не верят глазам. Он устраивается в колхоз, начинает мирную жизнь. Но местный военком, просматривая его документы, хмурится. Что-то не сходится. Старшина почти полгода провёл в штрафной роте — и при этом получил там три награды. Так не бывает. Обычно штрафники выходят с одной медалью, а то и вовсе без ничего. А тут — три представления, и все разные. Военком начинает копать. Шлёт запросы в архивы. Поднимает старые бумаги. И в какой-то момент натыкается на то, о чём сам старшина не догадывается. Но чтобы понять, что именно нашёл военком, нужно вернуться назад — в июль 1941 года. К развилке дорог у села Миньковцы. Он родился в 1918 году в селе Вороновка Николаевской области. Окончил семь классов, работал в колхозе. В армию призвали в 1938-м. К началу войны служил наводчиком 45-миллиметрового орудия в 680-м стрелковом полку 169-й дивиз

15 мая 1945 года в окрестностях австрийского городка Блайбург армия Независимого государства Хорватия (НГХ) сдалась Народно-освободительной армии Югославии (НОАЮ). Это была последняя капитуляция прогитлеровских сил и один из последних аккордов Второй мировой войны на материковой части Европы. Вообще, многотысячная колонна хорватских коллаборационистов, сопровождаемая гражданскими беженцами, пыталась отступить в Австрию, чтобы сдаться британским войскам. Однако им не повезло: британцы отказались принять капитуляцию и направили их обратно, заставив сдаться НОАЮ. У британского командования (в лице бригадира Патрика Скотта и руководства 5-го корпуса 8-й британской армии) было на то несколько причин. Во-первых, союзнические обязательства, установленные Ялтинскими соглашениями. По общим договоренностям союзников, коллаборационисты должны были сдаваться тем армиям, против которых они непосредственно воевали на своей территории. Для граждан Югославии это была Югославская армия Иосипа Броз Тито