Осиновый Мыс

Россия осваивала Енисей строго против течения. С конца 16 века сюда заходили поморские кочи - первые в мире суда "ледового класса", крепкий округлый корпус которых льды не ломали, а выталкивали наверх. С 1601 года к ним добавились струги казаков из тазовской Мангазеи, по мелким речкам и волокам переходивших собирать ясак да продавать туземцам русские товары. В 1607 году был основан Туруханск, в 1619 - Енисейск, в 1629 - Красноярск, а вот Абакан уже на 40 лет моложе основанной в 1667 году Дудинки. И конечно, тогда этот край весьма отличался от современности... Показательный факт: названия Ангара и Верхняя Тунгуска сосуществовали, так как было неясно, что одной и той же реке принадлежат и устье на Енисее, и байкальский исток. К последнему оказалось проще выйти по Лене, чем саму Ангару пройти из конца в конец: бассейн Енисея - самый сложный в России для судоходства, и главная проблема здесь не мели и шторма, а неожиданные для большой реки пороги. Казачинский и Осиновский пороги Енисея, н

Тема удручающего демографического дисбаланса в казачьих поселениях, где мужское население зияло непропорциональным перевесом над женским, долгие годы пребывала в сумраке домыслов, словно тайна, тщательно оберегаемая степным ветром. Подлинные причины этого явления, породившего причудливые социальные адаптации и порой шокирующие своей неприкрытостью обычаи, коренятся в самой сердцевине казачьей идентичности – в их воинственном укладе, самобытной культуре и трагической исторической миссии. Прежде всего, этот демографический перекос был неразрывно связан с перманентным состоянием боевой готовности, в котором пребывали казаки. Казачество, рожденное как служилое сословие, формировалось в горниле непрекращающихся военных конфликтов. Защита рубежей, дерзкие набеги, изнурительные походы – все это требовало неусыпного мужского присутствия и отточенной боевой выучки. Мужчины составляли становой хребет населения казачьих станиц и хуторов, проводя большую часть жизни в седле, с шашкой наголо, или в