ОБРАТНО В СССР

Не поверила сыну, когда он рассказал, что сделал отчим

Тамара, он всё врёт! Неужели ты не видишь, что он постоянно тебе врёт?
— Но зачем?
— Понятно зачем! Чтобы нас с тобой рассорить. Говорил я тебе, давай отправим его в суворовское училище.
Я и правда не знала, что делать. Сын Гоша постоянно наговаривал на своего отчима Женю, а я во всех этих историях как громоотвод — сначала от одного выслушаю, какой «дядя Женя» плохой, потом от другого: «твой Жора» совсем распоясался.
Это началось с самого первого дня их знакомства.
— Гоша, познакомься, это дядя Женя. Он будет с нами жить, — представила я тогда сыну своего мужчину.
— Почему? — задал ребёнок резонный вопрос. Его родной отец бросил нас, едва Гоша родился. И с тех пор с нами никогда не жил мужчина.
— Ну, потому, что мы с дядей Женей хотим жить вместе, — отвечала я, пожимая плечами и виновато поглядывая на своего кавалера.
Женя тогда добродушно рассмеялся, подошёл к Гоше и протянул ему свою рабочую мозолистую ладонь.
— Ничего, Тамарка, — сказал он, хитро прищуриваясь, — Не успеешь опомниться, а пацан меня уже «папкой» называть будет! Да, Жора?
Плохо же знал тогда Женя моего сына. Это был ребёнок с характером, который ко всем чужим дядям относился, как к потенциальным врагам.
Да ещё и Жорой назвал — сын ненавидел, когда его так называли, потому что в садике он был упитанный и его дети дразнили «Жора-обжора». Сколько мне трудов стоило, чтобы в школе потом его называли только «Гоша».
Женя протянул Гоше руку, но тот лишь посмотрел на него с презрением, развернулся, и ушёл к себе в комнату.
Прошли годы, но мои мужики так и не нашли общий язык друг с другом, чего бы я не делала. И в отпуск мы втроём ездили, и куда только не ходили. Везде они себя вели, как кошка с собакой. Все нервы мне вымотали.
— Давай отправим его в суворовское училище! — предложил мне однажды Женя.
— Избавиться от него хочешь? — тут же предположила я.
— При чем здесь избавиться? Просто хочу, чтобы он мужиком вырос. Сколько можно ему задницу подтирать?
Я понимала, что избаловала Гошу. Что не хватало ему крепкого мужского подзатыльника.
— Нет, — ответила я тогда Жене на его предложение. — Ты же знаешь, что он мне этого не простит.
Но вскоре случилось так, что я не раз вспомнила про это суворовское училище....Читать полностью 

В 67 лет я подала на развод.

Дочь сказала: мама, ты сошла с умаПосле публикации писем Лидии Михайловны и Татьяны Ивановны в почту канала пришло уже больше трёх тысяч сообщений. Я физически не успеваю отвечать всем. Но самые яркие и неожиданные истории отбираю и публикую — с разрешения авторов, без имён и точных деталей, которые могли бы их выдать.
Это письмо пришло мне на этой неделе. Женщина из Калуги, 67 лет. Тема, о которой она написала, в нашей культуре считается почти запретной. «Поздний развод» — после 60, после 40 лет совместной жизни, после взрослых детей и внуков. Об этом не принято говорить. Считается, что если прожил с человеком сорок лет — теперь уже доживай. А она решила иначе. Публикую с её разрешения, под изменённым именем.
Письмо
«Здравствуйте. Меня зовут Валентина Сергеевна, мне 67 лет, я живу в Калуге. Всю жизнь работала технологом на пищевом комбинате, на пенсии второй год. У меня двое взрослых детей — дочь живёт в Москве, сын в Калуге же, у обоих свои семьи и дети. У меня трое внуков.
С мужем, Александром Викторовичем, мы прожили в браке 43 года. Поженились в 1981-м, когда мне было 24, ему 26. Он работал инженером на турбинном заводе, потом начальником цеха, последние 15 лет до пенсии — главным инженером. Хороший работник, спокойный человек. Не пил, не изменял (по крайней мере, я не знаю), не поднимал руку. По всем формальным меркам — нормальный муж.
Год назад, в апреле 2025-го, я подала на развод. Не было никакой ссоры, никакого скандала, никакого «другого мужчины». Я просто пришла как-то вечером с собрания совета дома, села напротив него на кухне и сказала: «Саша, я хочу развестись». Он положил ложку в борщ и долго на меня смотрел. Потом сказал: «Валя, тебе сколько лет?» Я ответила: «66, как ты сам знаешь». Он сказал: «Ну и о чём ты тогда говоришь?»
Дальше было два месяца переговоров. Он не верил, что я серьёзно. Звонил детям, просил их «вразумить мать». Дочь Лена прилетела из Москвы и сидела со мной на той же кухне три вечера подряд, уговаривая. Сын Дима молча сказал: «Мама, делай, как считаешь правильно». Дочь рыдала и говорила: «Мама, ты сошла с ума. В твоём возрасте люди живут вместе, а не разводятся». Я отвечала: «Лена, я именно потому и развожусь, что хочу пожить»....читать полностью 

В 67 лет я подала на развод.

Дочь сказала: мама, ты сошла с умаПосле публикации писем Лидии Михайловны и Татьяны Ивановны в почту канала пришло уже больше трёх тысяч сообщений. Я физически не успеваю отвечать всем. Но самые яркие и неожиданные истории отбираю и публикую — с разрешения авторов, без имён и точных деталей, которые могли бы их выдать.
Это письмо пришло мне на этой неделе. Женщина из Калуги, 67 лет. Тема, о которой она написала, в нашей культуре считается почти запретной. «Поздний развод» — после 60, после 40 лет совместной жизни, после взрослых детей и внуков. Об этом не принято говорить. Считается, что если прожил с человеком сорок лет — теперь уже доживай. А она решила иначе. Публикую с её разрешения, под изменённым именем.
Письмо
«Здравствуйте. Меня зовут Валентина Сергеевна, мне 67 лет, я живу в Калуге. Всю жизнь работала технологом на пищевом комбинате, на пенсии второй год. У меня двое взрослых детей — дочь живёт в Москве, сын в Калуге же, у обоих свои семьи и дети. У меня трое внуков.
С мужем, Александром Викторовичем, мы прожили в браке 43 года. Поженились в 1981-м, когда мне было 24, ему 26. Он работал инженером на турбинном заводе, потом начальником цеха, последние 15 лет до пенсии — главным инженером. Хороший работник, спокойный человек. Не пил, не изменял (по крайней мере, я не знаю), не поднимал руку. По всем формальным меркам — нормальный муж.
Год назад, в апреле 2025-го, я подала на развод. Не было никакой ссоры, никакого скандала, никакого «другого мужчины». Я просто пришла как-то вечером с собрания совета дома, села напротив него на кухне и сказала: «Саша, я хочу развестись». Он положил ложку в борщ и долго на меня смотрел. Потом сказал: «Валя, тебе сколько лет?» Я ответила: «66, как ты сам знаешь». Он сказал: «Ну и о чём ты тогда говоришь?»
Дальше было два месяца переговоров. Он не верил, что я серьёзно. Звонил детям, просил их «вразумить мать». Дочь Лена прилетела из Москвы и сидела со мной на той же кухне три вечера подряд, уговаривая. Сын Дима молча сказал: «Мама, делай, как считаешь правильно». Дочь рыдала и говорила: «Мама, ты сошла с ума. В твоём возрасте люди живут вместе, а не разводятся». Я отвечала: «Лена, я именно потому и развожусь, что хочу пожить»....читать полностью