Покровка. Таласская область, Манасский район.

Мария Кудрина, 17 лет *** Был сапёр уже немолодой, Крепкий, бритый, небольшого роста, Сильный духом, честный, волевой. Говорил он с чувством, чётко, просто . И без слов, излизанных до дыр. Не из тех он, кто желает славы. Мне сказать хотелось: «Командир, За таким, как ты, и я пошла бы». . «Родина у нас у всех одна, — Говорил он. — Страшно ль было? Страшно. Я хочу, чтоб кончилась война, И не просто, а Победой нашей!» . Был сапёр уже немолодой, Ещё той, советской, калибровки. «Командир, пошла бы за тобой...» — Мне сказать хотелось, да неловко.

Чудо, конечно. На глазах возник и стал в полный рост поэт, равный тому поколению - Гудзенко, Когану, Межирову, Майорову, Шубину. Чудо, и всё тут. Дмитрий Филиппов, участник СВО: . Осыпаются листья, желтеет привычный пейзаж. На губах привкус ржавчины, ветра и карамели. Это осень опять надевает свой камуфляж, Чтобы скрыть по посадкам стихи, «лепестки» и потери. . Наши мёртвые нас не оставят и смогут помочь, Даже если мы будем орать, бесноваться и плакать. У Малого остались жена и красавица дочь, И зачатый ребёнок, который родится без папы. . Бородатый, улыбчивый, крепкий, как новый блиндаж, Потрещать по душам ко мне ночью приходит Калина. Мы с ним снова на промке ныряем в разбитый гараж, Он опять, не смотря ни на что, закрывает мне спину… . Эта осень косыми дождями мне бьёт по лицу, С каждым новым ударом всё больше и больше зверея, И кричит мне живому, забывшему стыд подлецу: «Никогда. Не вернёшь. Ни Хопеша. Ни Тоху. Ни Змея» . Но дорогу осилит идущий, и надо идти. То не бурные реки нах

Динара Керимова *** У райских врат нет ангела Ридвана, апостолов Петра и Иоанна (каноны и апокрифы не в счет), Нет никого другого, а еще повернут ключ – и Бог гостеприимен, встречает каждого, зовет по имени, беседует о жизни на земле, о южном лете, северной зиме и межсезонье, временном понтоне. . Бог потирает влажные ладони, рассматривая гостя в небоскоп: - Откуда ты? - Из русского окопа, ребята эти рядом из него же, Прости за неопрятность, мы ведь, Боже, к тебе не собирались в эти дни, до ПВР, до штаба, до родни, до вечера доехать лишь хотели, и вот сидим тут, в смертном бледном теле бессмертная солдатская душа, ни есть, ни спать, ни попросту дышать не нужно здесь – сплошь светские беседы, Друзья, враги – все мирные соседи, и ничего. И нечего уже... . У райских врат подстрелена мишень последняя, и к Богу вход свободен, Он каждого зашедшего проводит до места и расскажет по пути, прощал как прежде и теперь простил…

Прекрасные стихи вчера написали мне. Не могу не поделиться. Жаль, что такой шедевр (и дело тут не во мне, а именно в блистательном исполнении поэтического текста, практически оды) потеряется.     ЗНАМЕНОСЕЦ   Прохладна река, только берег горячий. Взбивают шампанское лапы собачьи. Бродячие ели поманят, окликнут. Крадётся ручей, мелководен и выгнут.   Устав от фальшивых речей нарочитых, всегда нападающих – это же щит их! – бравад дураков, громовых безголосиц, стоит у прохладной воды Знаменосец.   Назначен июль годовым перекрестьем. Целуется Керженец с поднебесьем. Как в детстве: каникулы, солнце, экватор. Вот только страна подевалась куда-то.   Забыли присягу, убрали знамёна. Он помнит предателей всех поимённо. А он – Знаменосец. Тогда и поныне. Упрямый хранитель атласной святыни.   Бредёт Знаменосец, распахнуто, босо, почти восьмилетний, аляноволосый, в своих пионерских, прошедших, изъятых, краснознамённых восьмидесятых…   07.07.2024 Ульяна Полынина

9 мая 2026-го — восемьдесят первая годовщина Победы. Ефрейтор Алия Молдагулова не дожила до девятнадцати. 14 января 1944-го, у деревни Казачиха под Новосокольниками, она вылезла из траншеи, прокричала «Казахи, вперёд!» и первой бросилась на немецкие позиции. Осколок мины вошёл ей в живот. Через минуту пуля немца ударила в лицо. Между двумя пулями Алия успела убить того немца. На счету — семьдесят восемь. Родилась в ауле Булак Актюбинской области в октябре 1925-го. При рождении — Лия Саркулова. Голод тридцать второго выкосил аул как косой по жнивью. Сначала умер отец. Потом мать. Девочке было шесть. Её забрал младший брат отца — Аубакир, школьный учитель. Алма-Ата, Москва, Ленинград. Лию переписали — Алия Молдагулова, по фамилии дяди. Сирота при живом родственнике, с новой фамилией и памятью про двух мёртвых в аульной мазанке. В Ленинграде она пошла в школу. Маленькая, со стрижкой «под мальчика», с раскосыми глазами — училась так, что ставили в пример. Хотела быть лётчицей. В сорок перв

Под Невелем, 15 октября 1943 года. Маншук Маметова, единственная из всего пулемётного расчёта, кто ещё жив, в одиночку держит огонь сразу из трёх «Максимов» на высоте 56,10. Ей двадцать один год. До 9 мая ещё пятьсот семьдесят один день войны, которые она не увидит, — а до собственного двадцать второго дня рождения остаётся восемь дней. Через несколько часов осколок снаряда разобьёт ей висок, и она станет первой женщиной советского Востока, которой посмертно присвоят Героя Советского Союза. В наградном листе напишут число: семьдесят. Семьдесят немецких солдат и офицеров, ушедших в землю за один её бой. Родилась в кочевье Жаскус Урдинского района Западно-Казахстанской области. Отец умер, когда ей шёл пятый год. Мать одна с двумя детьми выживала голодом тридцать второго, который в казахской степи стоял такой же страшный, как на Украине. Маленькую Маншук взял к себе дядя — Ахмет Маметов, нарком здравоохранения Казахской ССР, своих детей не имел. Увёз в Алма-Ату, отдал в русскую школу. Ман