Истории Ирины Ас

Тайная заначка мужа.

Ирина Ас

Лариса перебирала вещи в спальне с остервенением, которое накатывало на неё только два раза в год — весной и осенью, когда генеральная уборка превращалась в стихийное бедствие, сметающее привычный уклад.
Костик укатил на дачу ещё в семь утра, чмокнув её куда-то в висок и оставив на кухонном столе недопитую чашку с кофе и крошки от бутерброда.
Лариса, проводив взглядом его старенький «Солярис», выруливающий со двора, тут же объявила войну многолетним залежам.

Генетический мусор, или найденный папа.

Ирина Ас

Варвара никогда не искала отца. Тот, кого мать записала в свидетельстве, существовал где-то на периферии семейных историй, как мутный силуэт, исчезнувший давно.
Дедушка, Леонид Аркадьевич, возился с ней во дворе, учил кататься на велике с ободранными крыльями, проверял алгебру и ворчал про короткие юбки так убедительно, что никаких пробелов Варвара не ощущала. Отец ей просто не требовался, как не требуется рыбе зонтик.

Не в той искал счастья.

Ирина Ас

Виталий стоял у окна, а на столе остывала сковородка с остатками яичницы, которую он сам себе пожарил минут двадцать назад, пока Алиса красила ресницы перед зеркалом в прихожей и даже не обернулась на его вопрос, будет ли она завтракать.
— Я не ем яйца, от них кожа портится, — бросила она, подкрашивая губы блеском. — И вообще, я думала, ты в ресторан меня сводишь, а не яичницей покормишь.

Последний поезд в сорок пять.

Ирина Ас

Вера Калинкина узнала о своей беременности тринадцатого марта, в четверг, когда за окнами лило так, что водосточная труба на углу девятиэтажки захлебывалась и булькала, как утопающий. Она сидела на краю ванны в квартире Артема, сжимала в пальцах пластиковую палочку с двумя отчетливыми полосками и повторяла про себя: сорок пять, сорок пять, сорок пять. Будто цифра могла вдруг измениться, если повторять ее достаточно долго.

Не Аполлон, но с запросами.

Ирина Ас

В комнате общежития пахло жареным луком, этот запах въелся в стены еще при прошлых жильцах и не выветривался, сколько ни проветривай. Валентина сидела на продавленном диване, поджав под себя ноги в шерстяных носках, и методично листала анкеты на сайте знакомств. Телефон в ее руке светился синеватым светом, отражаясь в очках, а большой палец привычно смахивал влево. Нет, лысоват, нет, слишком молод, опять нет, этот с рыбой на фото, фу.

Маменькин сынок и базовые инстинкты женщины.

Ирина Ас

Алиса кормила малышку, устроившись в широком кресле у окна, когда услышала, как в замке входной двери проворачивается ключ.
Она машинально отметила, что время всего-то начало седьмого, и Олег обычно в это время ещё даже из офиса не выезжал. Торчал на каких-то бесконечных планёрках, которые в их IT-компании называли модным словом «митапы».

Любовь не милостыня, дочка.

Ирина Ас

Лида сидела на подоконнике и болтала ногами в новых лаковых туфельках, которые бабушка подарила на день рождения. Ей исполнилось целых шесть лет! Солнце било сквозь стекло прямо в глаза, и она щурилась, разглядывая, как во дворе соседский Вадька мучает кота, привязав к хвосту консервную банку. Лида решила выскочить и треснуть Вадьку по башке, чтобы спасти кота, но тут из кухни раздался вопль.

Тихий час для взрослых.

Ирина Ас

Третья за неделю жалоба прилетела в среду вечером, когда Илья укладывал младшего спать. Двухлетний Димка скакал на кровати как ненормальный, старшая Лена орала из коридора, что у неё забрали планшет, а жена Оксана пыталась объяснять по видеосвязи начальнице, что отчёт будет готов завтра утром, она обещает. В общем, обычный вечер в семье с двумя детьми, нормальный такой вечер, без криминала.

Жадная вдова.

Ирина Ас

Регина смотрела на документы, разложенные на столе покойного мужа, и чувствовала, как в груди, где еще месяц назад жила только боль утраты, прорастает нечто похожее на ярость хищника, у которого попытались отобрать законную добычу.
Ринат, ее муж, ее кормилец и защитник, сгорел от скоротечной онкологии за какие-то полгода, оставив после себя шестилетнего Артема и вот эту самую квартиру — сто сорок квадратных метров в старом фонде, с лепниной, дубовым паркетом и окнами, выходящими на набережную.

Пока не приехала полиция.

Ирина Ас

Февральское послеобеденное затишье в отделении банка на Варшавском шоссе разлетелось ровно в четырнадцать двадцать, когда дверь с той стороны пропустила внутрь маленькую сутулую фигуру в ситцевом платке и старом драповом пальто.
Галина Петровна, сорокасемилетняя старший операционист с двумя высшими образованиями, оторвала взгляд от монитора и сразу поняла: этот клиентке здесь делать нечего. И дело даже не в том, что бабушка выглядела так, будто ее ошпарили кипятком и забыли погладить — банк принимал всех, от бомжей до олигархов, и Галина Петровна привыкла к самому дикому контрасту за восемнадцать лет работы. Дело было в глазах пожилой женщины: широко откры