Марина Князева

Приехали на Елкинское кладбище в Воскресенском районе — обычный рабочий выезд, замер площадки под установку памятника. Сделали дело, пошли обратно к машине. И тут за соснами увидели вот это. Белокаменные саркофаги с резным орнаментом, покрытые мхом и лишайником. Шесть, восемь, может десять — стоят плотно, как будто целая семья легла рядом. Только семья эта жила при Николае Первом. Мы занимаемся изготовлением памятников и работаем на кладбищах каждый день. Но такое видим впервые: целый купеческий некрополь середины XIX века прямо посреди действующего кладбища. Памятникам — больше 160 лет. И они до сих пор стоят. Вместо запланированных десяти минут провели здесь два часа — не могли оторваться от надписей на камне. Дореволюционная орфография, библейские цитаты, имена людей, которые родились ещё при Екатерине Второй. Рассказываю, что удалось прочитать. БЕЛЫЙ КАМЕНЬ СРЕДИ ЧЁРНОГО ГРАНИТА Первое, что поражает — контраст. Вокруг стоят привычные памятники из чёрного гранита, за ними — металлич

Первый раз это случилось в ноябре. Я проснулась от холода — Игорь откинул одеяло, когда вставал. Посмотрела на часы: три двадцать ночи. Он тихо вышел из спальни, прикрыв дверь. Я решила, что в туалет. Прислушалась. Входная дверь щелкнула. Он ушёл из квартиры. В три ночи. Я встала, подошла к окну. Наша машина стояла на месте. Через пятнадцать минут Игорь вернулся, разделся, лёг. Дышал ровно, как будто спал всю ночь. Утром я спросила: — Ты вставал ночью? Он не поднял глаз от телефона. — Нет. Спал. — Точно? — Лена, я устал. Не начинай. Я не начала. Но что-то внутри сжалось тревожно. Второй раз — через неделю. Опять ночь, опять три часа. Я не спала, только притворялась. Услышала, как он встаёт, одевается. Тихо, осторожно. Выходит. Я подождала минуту, потом встала, выглянула в окно. Игорь шёл к соседнему подъезду. К дому его матери. Мы жили в одном дворе. Я была против, но Игорь настоял: мама одна, удобно помогать. Я согласилась, думая, что это про продукты принести, лампочку вкрутить. Не д

Пятнадцать одинаковых посылок. Коричневая обёрточная бумага, бечёвка крест-накрест, и на каждой – один и тот же адрес, выведенный маминым почерком. Я сидела на полу её комнаты и смотрела на них так, будто они могли заговорить. Мама умерла два месяца назад. Декабрь забрал её тихо, без предупреждения – инсульт, скорая, больница, и всё. Мне тридцать восемь, а я всё ещё не могу войти в эту комнату без ощущения, что она сейчас окликнет меня из кухни. Но она не окликнет. И мне пора разбирать её вещи. Коробку с посылками я нашла в шкафу, за стопкой постельного белья. Картонная, из-под бананов, с логотипом какого-то давно закрывшегося магазина. Внутри – пятнадцать свёртков. Все возвращённые. На каждом – почтовый штамп «Адресат не найден». Адрес: Тула, ул. Заречная, д. 12, кв. 4. Носову П.И. Носов П.И. Я не знала никого с такой фамилией. Мама никогда не упоминала ни Тулу, ни Заречную, ни какого-то Носова. Я вытащила первую посылку. Дата отправки – март 2011 года. Пятнадцать лет назад. Штамп воз

Дайверы из группы Baltitech Conference, исследуя воды Балтийского моря у берегов Швеции, наткнулись на затонувший корабль XIX века, на борту которого в целости и сохранности вот уж 170 лет хранится груз, состоящий из шампанского, дорогих вин, минеральной воды и изысканного фарфора. Потрясающая находка была обнаружена в 37 километрах к югу от острова Эланд в Швеции. Два дайвера, полагая, что их погружение будет быстрым, заставили изрядно поволноваться своих товарищей, которые ожидали их наверху. Длительность судьбоносного погружения составила 2 бесконечных часа, в течение которых все с нетерпением ожидали появления нырявших. «Сначала мы думали, что нашли затонувшую рыбацкую лодку, но осмотрев все внимательнее поняли, что перед нами нечто более ценное». Томаш Стахура, руководитель группы дайверов, считает, что корабль вез груз русскому царю. «Я занимаюсь дайвингом более 40 лет. Время от времени мне попадались одна-две бутылки. Но чтобы в одном месте было столько ящиков с элитным спиртны

В бескрайних просторах Сибири, под толщами льда и вечной мерзлоты, скрывается одна из самых удивительных тайн прошлого — тела мамонтов, сохранившиеся спустя 10 тысяч лет после их исчезновения. Эти древние гиганты ледникового периода предстают перед учёными почти нетронутыми: их шерсть, мышцы, внутренние органы, а иногда даже глаза словно застыли во времени. Как возможно, что ткани, которые должны были давно исчезнуть пережили тысячелетия? Основная причина феномена — это вечная мерзлота, слой почвы, который не оттаивает даже летом. Когда мамонт погибал, попадая в болото, трещину или реку, его тело быстро покрывалось илом и снегом, а затем вмерзало в лёд. Температуры ниже −15°C действовали как природный консервант: холод почти мгновенно останавливал процессы разложения. Бактерии и грибки, питающиеся органикой, в таких условиях впадали в анабиоз. Благодаря этому, даже клеточные структуры сохраняли целостность. К примеру, мамонтёнок Люба, найденный в 2007 году на Ямале. Его тело, пролежавш