Люди идут по свету

Знаете, есть у нас, городских, одна фобия. Оставишь молоко на столе на пару часов — всё, скисло. Забыл ягоды в пакете на заднем сиденье — к вечеру там уже брага и новая цивилизация зарождается. Мы привыкли: всё, что натуральное, должно портиться быстро. А теперь представьте картинку. Карелия, глухая деревня, август. Захожу я в сени к своему знакомому егерю, дяде Паше. А у него там, в углу, стоит деревянная кадка. Сверху марлечка накинута, а внутри — янтарное месиво. Морошка. В собственном соку. — Дядь Паш, — говорю, — ты бы хоть в погреб спустил. Или сахаром засыпал. Жалко ж, забродит, пропадёт труд. Он на меня посмотрел как на умалишённого, усмехнулся в бороду и выдал: — Эх, городской... Это малина твоя — кисейная барышня, ей условия подавай. А морошка — она сама себе хозяйка. Она, парень, не бродит. Она ждёт. И вот тут-то у меня шаблон и порвался. Оказывается, эта болотная ягода — настоящий «северный замок» для любых бактерий. Если вы хоть раз пробовали настоящую, моченую морошку (н