Лучшее из 90-х

В середине 90-х Голливуд еще не превратился в стерильную корпорацию, где каждый шаг звезды выверен армией пиар-менеджеров. Это было время растянутых футболок, тяжелых ботинок и странных решений, которые принимались просто потому, что в моменте это казалось правильным. Никто не нанимал агентов по имиджу, чтобы обсудить выход в свет. Молодые актеры просто жили, снимались в кино и иногда слишком быстро взрослели. Джонни Ли Миллер приехал на съемки фильма "Хакеры" в 1995 году с багажом классической британской театральной школы. Ему было двадцать два, за спиной остался брошенный в семнадцать лет колледж и несколько ролей на телевидении. Анджелине только исполнилось девятнадцать, но ее жизненный опыт уже тогда казался тяжелее и сложнее. Она успела пожить в гражданском браке с 14 лет, знала вкус зависимости и явно искала в окружающем мире какую-то твердую опору. Съемочная площадка стала для них странной игровой площадкой. Продюсеры выделили актерам три недели, чтобы те научились стоять на рол

В 90-е годы музыка рождалась на лету, часто в тесных студиях между чашкой кофе и случайным разговором. Тогда не было больших данных и алгоритмов, которые предсказывают успех. Было только чутье продюсеров и желание людей танцевать до утра. В этой стихийной среде в Гамбурге начала 90-х работал Ахим Опперман. Он уже успел поиграть рок, набраться опыта и открыть свою студию, ставшую точкой сборки для всех, кто искал новый звук. Опперман был профи, но он понимал одну важную вещь. Клубная музыка менялась слишком быстро. Чтобы оставаться на плаву, ему нужен был кто-то, кто живет ночной жизнью и чувствует ритм улиц. Этим "кто-то" стал Ахим Соббота. Два Ахима быстро сработались. Их первый серьезный проект Panoramic в 1993 году был крепким евродэнсом. Ничего лишнего, просто качественный стандарт того времени. Но это было только начало. В самой студии Оппермана работа кипела круглосуточно. Они выпускали синглы под разными именами. Зачем столько названий? Все просто. Если один твой трек уже висит

Бывает такое время, когда старый мир уже трещит по швам, а новый еще не успел проклюнуться. В окнах серый ноябрь, в магазинах пустые полки, и кажется, что вся огромная страна замерла в ожидании чего-то неизбежного. Но жизнь внутри обычных квартир не останавливается. Люди все так же варят суп, ссорятся из-за ерунды и пытаются найти хоть каплю тепла в четырех стенах. Именно в такой момент, на самом изломе эпох, Вячеслав Криштофович снял кино, которое спустя десятилетия не потеряло ни грамма своей искренности. Это история одной семьи, где мужчин почти нет, а те, что забредают на огонек, кажутся лишь временными гостями. В маленькой московской квартире плотно спрессованы три поколения. Во главе этого "бабьего царства" стоит Нина Елизаровна. Она работает в музее, водит экскурсии по залам с революционными диорамами и каждый день возвращается туда, где ее ждут не великие свершения, а бытовая круговерть. Дома у нее две дочери от разных браков и парализованная мать, которая стала центром этой ма

Жан-Поль Бельмондо не вписывался в стандарты классических красавцев того времени. Он брал другим: невероятной энергией и какой-то дворовой искренностью. Пока весь мир следил за его экранными трюками и бурными романами, за закрытыми дверями его домов подрастали четверо детей. Они были очень разными. Кто-то бежал от славы отца на другой континент, а кто-то до последнего держал его за руку. Первый серьезный опыт отцовства пришел к актеру рано. В 1953 году, когда 20-летний студент театрального Жан-Поль только мечтал о больших ролях, его жена, танцовщица Элоди Константин, родила дочь Патрицию. В те годы семья жила скромно. Денег вечно не хватало, а вместо лимузинов были обычные прогулки по Парижу. Патриция видела отца еще "домашним", не разделенным на миллионы поклонников. Она выросла спокойной и рассудительной. Магия кадра ее не манила, зато увлекал процесс создания смыслов. Патриция стала сценаристкой. Она работала тихо, не афишируя родство с тем самым Бельмондо. В середине восьмидесятых

Лет 20 назад киноиндустрия напоминала огромный конвейер: новые лица штамповали пачками, сразу вешали на них ярлыки будущих легенд и бросали в пекло больших бюджетов. Это было время избытка, когда казалось, что рост будет бесконечным. В такой среде взлететь до небес можно было за одно лето, но вот удержаться на этой высоте - задача почти невыполнимая. История Меган Фокс началась максимально буднично. В 2001 году пятнадцатилетняя девочка мелькнула в массовке фильма "Солнечные каникулы". Обычный старт для тысяч подростков, штурмующих кастинги. Мать Меган в успех дочери особо не верила, да и домашняя обстановка не располагала к мечтам. Строгий отчим-католик, бесконечные правила, запреты и ощущение вины, которое вбивали в голову вместе с молитвами. В школе тоже было несладко: ровесницы не прощали яркой внешности, поэтому травля стала частью повседневности. В 17 лет Меган просто собрала вещи и уехала в Лос-Анджелес. Ей хотелось дышать. Первое время в городе ангелов было прозаичным: денег н

В конце 70-х кинорынок еще не знал, что два иммигранта с пустыми карманами, но огромными амбициями скоро заставят голливудских мейджоров нервно курить в сторонке. Марио Кассар приехал из Ливана, Эндрю Вайна - из Венгрии. Один торговал правами на фильмы в Азии, другой делал парики в Гонконге. Они встретились в 1975 году на Лазурном Берегу, в Каннах. Вряд ли тогда кто-то мог предположить, что их случайное знакомство превратится в самую дерзкую авантюру в истории кино. Они купили название "Carolco" у какой-то старой панамской конторы просто потому, что оно солидно звучало. Никакого скрытого смысла, только бизнес-чутье. Первые годы ребята перебивались мелкими проектами, но в 1982 году они решили сыграть по-крупному. Все началось с книги Дэвида Моррелла "Первая кровь". Права на нее десять лет пылились на полках разных студий. Никто не знал, как подступиться к истории о ветеране, который возвращается домой и не находит там места. Кассар и Вайна рискнули. Они выкупили права и пригласили Сильв

Продолжаем вспоминать хиты 90-х. Без этой песни не обходилась ни одна дискотека. В России ее любили особенно! Мы про легендарную "Касабланку". Кто не понимает о чем мы, послушайте и сразу вспомните: 90-е годы были временем странных иллюзий. Мы слушали музыку, доносившуюся из каждого ларька, покупали кассеты с яркими обложками и даже не задумывались, чьи голоса звучат в динамиках. Тогда казалось, что если на коробке написано имя, то именно этот человек и поет. На деле же индустрия работала как большой конвейер по производству фантомов. Проект Jessica Jay стал одним из самых ярких примеров того, как можно продать миллионы кассет, не показывая настоящего лица исполнительницы, а только лица разных моделей. Все началось в Италии еще в конце 70-х. Семья Николоси - братья Пино, Лино и их сестра Россана - жила музыкой. Это был сплоченный творческий клан. В 1984 году они заявили о себе группой Novecento. Пино виртуозно владел клавишными, Лино отвечал за гитарные партии, а Россана взяла в руки б

Когда-то поп-культура 90-х и нулевых казалась нам бесконечным праздником, а Бритни Спирс была его главным лицом. Мы помним ее на пике славы, когда каждый второй подросток знал наизусть строчки из хита 1999 года "Baby One More Time". Сегодня же новости о ней вызывают скорее тихую грусть и желание разобраться, что на самом деле происходит в жизни женщины, которая годами сражалась за право просто распоряжаться своим кошельком. В самом конце 2025 года, буквально под бой курантов 30 декабря, Бритни поставила подпись под контрактом с компанией Primary Wave Music. Цена вопроса – около 200 млн долларов. За эти деньги она отдала права на свои золотые хиты, те самые "Oops!" или "Circus". Теперь профессионалы из издательства будут решать, в какой рекламе или фильме зазвучит ее голос. Для индустрии это нормальная практика. Те же Стинг или Дилан давно монетизировали свое прошлое за похожие суммы. Но в случае с Бритни за сухими цифрами всегда стоит личная драма. Многие фанаты сразу начали спорить.

Помните, в прошлый раз мы с вами ностальгировали и вспоминали 7 любимых ведущих "Спокойной ночи, малыши!" из советской эпохи? Те лица стали для нас родными, но время на месте не стоит. Передача за эти годы успела прилично удивить. Оказывается, в кресле рядом с Хрюшей и Степашкой успели посидеть люди, которых мы привыкли видеть совсем в других местах: на боксерском ринге, в шумных клипах или в центре светских скандалов. Сейчас такие выходы звезд кажутся чем-то из параллельной реальности. Казалось бы, где серьезный спорт или дерзкий шоу-бизнес, а где колыбельная для самых маленьких? Но именно в этом и кроется секрет долголетия легендарной программы. Эксперименты с форматом - штука тонкая. Продюсеры давно поняли: чтобы проект оставался на плаву десятилетиями, нужно постоянно подмешивать в него новую кровь. Иногда выбор падает на тех, чье появление в детской студии кажется почти абсурдным. Кто-то из знаменитых "нянь" вызвал восторг, а кто-то - лишь недоумение у родителей. Давайте вспомним

Кажется, что 90-е были совсем недавно, а на деле с того момента пролетела целая жизнь. Но если в быту всё поменялось до неузнаваемости, то с кино всё иначе. Есть один особенный год, который стал настоящей аномалией в индустрии. Такое ощущение, что в тот период звёзды сошлись в какой-то идеальной пропорции. Сложно представить, как в течение двенадцати месяцев на экраны вышло столько шедевров. Причём это не просто проходные ленты, а фильмы, которые сегодня считаются эталоном в своих жанрах. Хотите глубокую драму, от которой ком в горле? Пожалуйста. Тянет на безумный экшен с юмором на грани фола? Выбор просто огромный. Что самое интересное, эти картины не стареют. В них нет того налёта антиквариата, который мешает просмотру. Спецэффекты выглядят достойно, а сюжеты до сих пор цепляют за живое. Просто невероятная концентрация таланта на один квадратный метр киноплёнки. Наверное, это и был тот самый пик, когда классический подход к съёмкам встретился с новыми смелыми идеями. Давайте вспомни