Бумажный Слон

…Утверждение Гёте, что встречаются люди, которые даже при самых счастливых обстоятельствах находят способ быть несчастными, вызывало у меня в юности удивление и недоверие. Позже понял, что он был прав. Разве я не один из них? Разве не я сам разрушил свое счастье?.. …Это всегда начиналось в полночь. Гул возникал вдали, нарастал. Вдруг раздавался оглушительный, громоподобный хлопок. Затем могучий гул грозно приближался. Всё ближе, ближе. И вот налетал шквальный ветер. Выдергивал боковые колья. Палатка ходила ходуном. Казалось, она сейчас улетит в небо. Я выскакивал из палатки, снова втыкал колья в землю, укреплял камнями. Ветер бушевал минуту и уносился дальше. Наступала короткая передышка. Я напряженно ждал зарождения нового гула. Так продолжалось часа три. Времени было жалко. Тогда я мог позволить себе тратить время только на работу и сон, жалко было этих трёх часов… …– Ты сложный, Слава, – сказала как-то Сагынай. Сказала и вздохнула… …Времени оставалось совсем мало. Через неделю из Фр

Расцветаем в бетонном лесу мы. К облакам устремляются стаи. И от ясности мартовской снежные суммы Уж грозят безвозвратно растаять. Проступает сырой позвоночник Разопревших гранитных дорожек. И дыханье, смешавшись с мечтой полуночной, Новым утром спешит огорошить. И на речке отломанным ставнем Серебрятся последние льдины. Мы счастливыми вновь обязательно станем В закоулках дворов нелюдимых. 05-03-2026 Автор: Александр Паранук Источник: https://litclubbs.ru/articles/75218-rascvetaem-v-betonnom-lesu-my.html Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте! Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.

Как говорится в известном фильме “Жизнь после сорока только начинается”. Посмею расширить возрастные границы. Есть у меня знакомая девушка пенсионного возраста. Её зовут Ирина Федоровна. Приятная во всех отношениях дама, хохотушка-веселушка, энергия бьет через край. Занимала она высокий пост в компании, была востребована, но душе её хотелось движухи. Чем она только не увлекалась. И интернет-магазин у нее был, приносил довольно-таки неплохую прибыль, и курсы она всякие посещала, и по всему миру ездила. На пенсию вышла еще до драконовского закона в положенные пятьдесят пять лет. Решила пожить для себя. К тому времени Ирина уже развелась, взрослые дети жили отдельно, вполне себе успешные. И стало ей скучно. И привела ее скука опять же на сайт знакомств. И, конечно, знакомится она там с иностранцем. Претендент по-русски не говорил, но гугл переводчик решил проблему общения. Жених состоятелен, имеет свою компанию, дети выросли, куда делась его жена - не знаю. Не запомнила. Конфетно-букетный

В некотором пространственно-временном измерении жили-были герои русских сказок и легенд дохристианской Руси. Два царства, Тридевятое и Тридесятое, до сих пор стоят бок о бок: в Тридевятом всякой нечистью и нежитью правит Царь Кощей, а в Тридесятом — Царь Горох. В последнем живут люди — Иванушки, Алёнушки, Василисы и всякие Финисты-ясные соколы. И как всем людям, свойственны им тщеславие, эгоизм, жадность, но и доброта, храбрость и желание помочь ближнему. Впрочем, жители Тридевятого царства тоже недалеко от них ушли, в 21 веке даже упырям ничто человеческое не чуждо. Сказка 1. «Сказка — ложь, да в ней намёк…» — Ты кого мне доставил, чучело-летучело! — Так… Это… Василису, как и просили. — Это не та Василиса! Я просил Прекрасную, а ты притащил Премудрую. У тебя, чудовище трёхголовое, хоть в одной голове мозги-то есть? Или во всех трёх вместо серого вещества — мазут и солярка, лампа ты паяльная с крылышками! — Ладно вам обзываться! Ну, перепутал, с кем не бывает… Да какая вам разница, на

В эти выходные в России во второй раз отметят День независимых книжных. Во всём мире отпразднуют уже 13-ый Independent Bookstore Day. Дату отмечают в последнюю субботу апреля. Её цель в поддержке независимых книжных — несетевых заведений, не принадлежащих крупному бизнесу и не созданных как шоурум крупных издательств. Не зря в обиходе существует такой термин как книжный рынок, издание книг — процесс действительно жесткий, мало связанный с творчеством. Последние события красноречиво говорят о том, что со свободой слова и самовыражения — тем более. Независимые книжные служат примером того, как не гоняться за массовыми трендами, создавать пространство, где каждый найдёт книгу на свой вкус. Они же зачастую становятся культурными кластерами для единомышленников. Однако времена не самые простые, без мощной поддержки читателей выживать им сложно. В эти выходные российские независимые книжные проведут для посетителей тематические мероприятия. Для Петербурга центром движа станет так называемый

«Сдавайтесь». – Но ведь нет мата, ты не угрожаешь королю, и я даже могу съесть эту фигуру. Могу же? «Дорогая Катя, Вы задаёте неправильные вопросы». *** Идут на контакт, дружелюбны, однако, к людскому недоумению, избегают серьёзных переговоров. Не жаждут официальности, но не скрываются, лишь, насколько в их силах, игнорируют государственные структуры: «Мы ненадолго, мы путешествуем, через пять лет вы нас больше не увидите». Не стремятся ни к какому обмену, кроме культурного. И при этом не настолько известно, на что же они способны, чтобы мы начали диктовать условия. Одно их внезапное, ни одним прибором не замеченное появление уже ввело мир в выжидательную позицию, стоило подтвердиться тому, что это не розыгрыш. А подозрения были: как ещё реагировать, когда экраны телевизоров, телефонов, компьютеров – всех устройств, связанных со спутниками, занимает открытка с подозрительно невинным, как сообщение моей бабушки в семейном чате, приветствием на девяти языках? Не каждый посмотрел в окно и

Эта история реально произошла в середине восьмидесятых годов прошлого столетия в Минной гавани города Таллина, где в то время базировалась одна из бригад минно-тральных сил Балтийского флота. Позже этот нелепый случай в юмористическом ключе многократно передавался из уст в уста на всех флотах Советского Союза. Рассказчики каждый раз прибавляли от себя какую-либо подробность, в результате эта история обросла множеством нелепых слухов и домыслов. Но все было именно так, а не иначе, в чем автор этих строк и очевидец тех событий, гарантированно заверяет читателей… *** Инженер-механик морского тральщика капитан-лейтенант Толик Гецу, хотя и был родом из Молдавии, но явно мог считаться каким-то «неправильным» молдаванином. Все потому, что к вину он относился отрицательно, а коньяк вовсе не переносил на дух, убеждая друзей, что этот божественный напиток пахнет, прошу прощения, мышами. Причина такого несправедливого отношения к коньяку была проста. Как оказалось, в подвале родного дома в молдав

В тот год весна не пришла. Почки на ветках набухли, но не лопнули. Ласточки вернулись из вирия, но не запели. Земля оттаяла, но из неё пахнуло не свежестью, а горьким, забытым холодом — как из погреба, где протухло молоко. Родились трое младенцев. И ни один не заплакал. Лежали с открытыми глазами, смотрели в пустоту, и матери плакали вместо них. Старики не могли умереть. Засыпали — и просыпались. Снова и снова. — Что случилось? — спрашивали люди у жрецов. Жрецы гадали на костях, на речной воде, на полёте совы. Кости трескались. Ключевая вода горчила. Сова летела на запад, но падала замертво. Тогда самый старый волхв, помнивший времена, когда боги ходили по земле без стеснения, сказал: — Дело не в почве и не в небе. Дело в том, кто сидит у корней Мирового Древа. Если он не улыбнется — верх и низ не удержатся вместе, и жизнь утечёт в прорехи. Древо Жизни росло на стыке миров: корнями уходило в Навь, ветвями — в Правь, а стволом пронзало Явь, само сердце мироздания. В развилке корней сиде

Она позвонила среди ночи по своей всегдашней привычке плевать на всех. Боже, как я боюсь ночных звонков! Они беспощадно выдергивают тебя из сна, ты подхватываешься, сердце начинает бешено колотиться, и, пока тянешься к телефону, мозг пронзает: Кто? Что? Родители пожилые, отец уже перенес один инфаркт… И думаешь: «Хоть бы ошиблись номером… хоть бы…» Но обычно это она. Что за несчастье иметь младшую сестру с большой разницей в возрасте! Ты всегда ей должна, потому что «ты же старшая»! С ее появлением я забыла о безмятежном свободном времени, прогулках с подружками и вообще обо всем на свете, кроме нее. Я обязана была сидеть с Варенькой, кормить ее, играть, читать книжки. Я училась во вторую смену, но вынуждена была вставать в семь часов, чтобы отвести Вареньку в детский сад. Я должна была проводить все вечера дома, чтобы Вареньке не было скучно. Ей позволялось все. Родители прыгали на цыпочках перед поздним, безумно любимым ребенком, да я и сама ее обожала. Когда вставал вопрос, купи

Дул легкий летний ветерок, шевеля мелкие зеленые травинки и цветочки, но не затрагивая кусты роз, флоксов, ромашки, а уж тем более деревья. Пчелки трудились, перелетая с цветка на цветок и непрерывно жужжа. Изредка мелкие птицы прилетали в сад, склевывали жучков и внезапно исчезали. Садик был совсем небольшой, разбит перед очаровательным когда-то домиком с красной черепичной крышей, выщербленной ветром, дождем, грязью. По пожелтевшим стенам ползли серые трещины. Если бы не совершенно целые занавешенные чистенькой тканью окна, можно было бы решить, что дом заброшен. В таких домиках обычно живет какая-нибудь аккуратненькая маленькая добрая старушка всегда готовая принять у себя заблудившихся детей, накормить их и уложить спать. Почему заблудившихся? Да потому, что крохотный сад окружает дремучий лес. Кто же может жить глубоко в лесу? Через весь сад к домику бежит извилистая тропинка, неровно выложенная плитками, между которыми давно пробилась трава. Сегодня утром с первыми лучами солнца