Елена Дробыш

Бабушка сказала это спокойно. Почти ласково. Как будто речь шла о чём-то само собой разумеющемся. Я стоял в прихожей их квартиры. За спиной – дверь, впереди – бабушка с листком бумаги в руке. Дед сидел в кресле у телевизора и молчал. Телевизор был выключен. – Какие деньги? – спросил я. – За коммунальные платежи. Мы платили девять лет. Посчитай сам. И она протянула мне листок. Я взял его машинально, ещё не понимая. Там были столбики: 2017, 2018, 2019... до 2026-го. Напротив каждого года – сумма. Внизу, подчёркнутое двумя чертами: 134 000 рублей. Я поднял глаза. Бабушка смотрела на меня ровно. Дед смотрел в стену. – Это шутка? – спросил я. – Какая шутка, Лёша. Квартира твоя, значит и коммуналка твоя. Мы платили, пока ты не мог. Теперь можешь – верни. Я простоял ещё секунд десять. Потом аккуратно положил листок на полку для ключей – рядом с вазочкой, которую помнил с детства – и вышел. *** Квартиру мне купили, когда я учился в восьмом классе. Мама тогда разводилась с отцом. Было громко, б