Любимые советские и российские артисты

📺КЛАССИКА СОВЕТСКОГО КИНЕМАТОГРАФА — "12 СТУЛЬЕВ" РЕЖИССЁРА ЛЕОНИДА ГАЙДАЯ! Легендарное советское кино. Великолепные роли: Арчила Гомиашвили, Сергея Филиппова, Михаила Пуговкина и других легендарных актёров. Фильм очень известен, хотя не дотягивает до более популярных фильмов Гайдая.

📺 Наше любимое советское кино. ЗОЛОТАЯ КОЛЛЕКЦИЯ СОВЕТСКОГО КИНЕМАТОГРАФА. Цикл фильмов о Резиденте,которого прекрасно сыграл Выдающийся артист -- Георгий Жжёнов. Дебют в кино Михаила Ножкина.

СВЕТЛОЙ ПАМЯТИ ВАЛЕНТИНЫ ТОЛКУНОВОЙ🌹🌹 Она была душой своей России! Источником добра и теплоты! И обладала внутреннею силой, И голосом небесной чистоты! И отражались свет, любовь и нежность В огромных, как два озера, глазах... Её душевность, искренность, неспешность... И - неизменный жемчуг в волосах... Та простота, с которой пелись песни, И голос - доверительный, родной, В том - вся она! Без зависти, без лести, С открытою, распахнутой душой! И никогда себе не изменяла - Вне времени по жизни прямо шла! А ритмов модных будто и не знала - Такой же оставалась, как была! Её волшебный голос трогал сердце, Проникновенно вел он разговор, Распахивая настежь в душах дверцы, Он грел и согревает до сих пор! Над ней всегда незримо реял ангел. Берег её, и Господа молил. Поддерживал, жалел и вместе плакал, И, как умел, всегда для нас хранил! Мы потеряли больше, чем певицу! Мы словно потеряли часть Руси... Несломленную и святую душу... Храни её там, Боже! И спаси! 📝М. Данилова.

📺 Наше любимое старое советское кино.Классическая экранизация одноимённого рассказа Антона Павловича Чехова. История скромной бедной девушки, которая, спасая от позора и голода свою семью, выходит замуж за богатого старика, а затем превращается в разбитную светскую красавицу, забывшую своих близких.

... Однажды в «Kaзбеке», где я выступал после часу ночи, отворилась дверь. Было часа три. Мне до ужаса хотелось спать, и я с нетерпением смотрел на стрелку часов. В четыре я имел право ехать домой. Heoжиданно в дверях показался белокурый молодой англичанин, немного подвыпивший, весёлый и улыбающийся. За ним следом вошли ещё двое. Усевшись за столик, они заказали шампанское. Публики в это время уже не было, и англичане оказались единственными гостями. Однако по кабацкому закону каждый гость дарован Богом, всю артистическую программу нужно было с начала и до конца показывать этому единственному столику. Meня взяла досада. «Пропал мой сон!» – подумал я. Teм не менее по обязанности я улыбался, отвечая на расспросы белокурого гостя. Говорил он по-французски c ужасным английским акцентом и одет совершенно дико, очевидно, из озорства: на нем был серый свитер и поверх него... смокинг. Myзыканты старались: гость, по-видимому, богатый, потому что сразу послал оркестру полдюжины бутылок шампанского. – Что вам сыграть, сэр? – спросил его скрипач-румын. Гость задумался. – Я хочу одну русскую вещь... – нерешительно сказал он. – Только я забыл её название... Там-там-там-там!.. Он стал напевать мелодию. Я прислушался. Это была мелодия моего танго «Магнолия». Угадав ee, музыканты стали играть. Мой стол находился рядом с англичанином. Когда до меня дошла очередь выступать, я спел ему эту вещь и ещё несколько других. Англичанин заставлял меня бисировать. После выступления, когда я сел на своё место, англичанин окончательно перешёл за мой стол, и, выражая мне свои восторги, между прочим сказал: – Знаете, у меня в Лондоне есть одна знакомая русская дама, леди Детердинг. Вы не знаете ee? Так вот, эта дама имеет много пластинок одного русского артиста... – И он с ужасающим акцентом произнёс мою фамилию, исковеркав её до неузнаваемости. – Так вот, она подарила мне эти пластинки, – продолжал он, – почему я и просил вас спеть эту вещь. Я улыбнулся и протянул ему свою визитную карточку, на которой стояло: «Alexandre Vertinsky». Изумлению его не было границ. – Я думал, что вы поёте в России! – воскликнул он. – Я никогда не думал встретить вас в таком месте. Я терпеливо объяснил ему, почему я пою не в России, а в таком месте. Мы разговорились. Прощаясь со мной, англичанин пригласил меня на следующий день обедать в «Сиpoc». В самом фешенебельном ресторане Парижа «Сиpoc» к обеду надо было быть во фраке. Ровно в 9 часов, как было условлено, я входил в вестибюль ресторана. Метрдотель Альберт, улыбаясь, шёл ко мне навстречу. – Вы один, мсье Вертинский? – спросил он. – Нет! Я приглашён... – Чей стол? – заглядывая в блокнот, поинтересовался он. Я замялся. Дело в том, что накануне мне было как‑то неудобно спросить у англичанина его фамилию. – Мой стол будет у камина! – вспомнил я его последние слова. – У камина не может быть! – сказал он. – Почему? – Этот стол резервирован на всю неделю и не даётся гостям. B это время мы уже входили в зал. От камина, из‑за большого стола с цветами, где сидело человек десять каких-то старомодных мужчин и старух в бриллиантовых диадемах, легко выскочил и быстро шёл мне навстречу мой белокурый англичанин. На этот раз он был в безукоризненном фраке. Ещё издали он улыбался и протягивал мне обе руки. – Hy вот, это же он и есть! – сказал я, обернувшись к Альберту. Лицо метрдотеля изобразило священный ужас. – А вы знаете, кто это? – сдавленным шёпотом произнёс он. – Нет! – откровенно сознался я. – Несчастный! Да ведь это же принц Уэльский!.. АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ ВЕРТИНСКИЙ. «Дорогой длинною...»

📺Наше любимое старое-старое советское кино. 🎶Замечательная музыкальная комедия с легендарными актёрами в ролях. Картина имела большой успех как в СССР, так и за рубежом, где она демонстрировалась под названием «Москва смеётся». На II МКФ в Венеции (1934) фильм получил премию за режиссуру и музыку и был включён в шестёрку лучших в мире кинолент.