Икигай

— Ну ты же не хочешь, поэтому пришлось звонить ей. — Я не хочу?! Да я вообще не на это намекала! — А на что? — растерялась Ксения. — Я думала, что вы… Эх, да что с вами говорить… — обиделась мать и прервала телефонный разговор. *** — Представляешь, мама так на нас обиделась, что не отвечает ни на звонки, ни на сообщения. Уже неделю, — рассказывала Ксения на работе своей подруге Яне. — А нам с Сашкой ехать скоро. Так не хотелось на такой ноте расставаться. Настроение испорчено, весь отпуск буду сидеть и думать, чувствовать себя виноватой. — А ты правда виновата? — осторожно спросила Яна. — Да нет, — неуверенно произнесла Ксения. — Это просто матери так показалось. И она сделала из мухи слона. Она это умеет. А вообще мама во всём ищет выгоду. Хоть и тщательно это скрывает, маскирует благими намерениями. Но я-то её знаю! Яна улыбнулась. Она вспомнила один, рассказанный подругой случай, наглядно иллюстрирующий слова про выгоду, которую всегда ищет мама Ксении Полина Юрьевна. ...Когда Полин

— Как так можно, Марина? — Это я у тебя хочу спросить. Двадцать лет скрывать и молчать. Не два года, не даже, десять. А двадцать лет! — А ты сама-то, чем лучше меня?! — вдруг заявил Трофим. — Ты тоже молчала. Да ещё и подлость готовила. И успешно её осуществила. — В любом случае, заварил эту кашу — ты! И мне противно даже рядом с тобой находиться, — процедила Марина. — Как же ты выдержала этот год, бедняжка, — состроил сочувственное лицо Трофим. — Вы с твоей матерью друг друга стоите! Подлые обманщицы. — Мы просто восстановили справедливость. Разве не так? — подняв идеальной формы бровь, спросила Марина. В этот момент Трофим подумал о том, что, ведь ради любви к этой женщине он молчал все эти годы! И особенно прошлый, самый трудный год. А оказалось его уже давно использовали. Оказалось, что он пытался сохранить то, что было давно потеряно. Трофим и Марина поженились, когда Марине было девятнадцать, а Трофиму двадцать пять лет. Марина оканчивала колледж, Трофим уже работал. Сыграли скр

— Да что ты такое говоришь, сын? — удивилась мать. — Так не получится. — Почему?! — искренне удивился Влад. — Мы уже всё решили! — А вы её саму-то спросили? — Зачем? — ещё больше удивился Влад. — Мы же предлагаем хорошее решение, оно всех должно устроить! Всё, мам, мне некогда, Лера звонит. Влад начал раздражаться. Он сбросил вызов жены, а потом взял свою куртку с вешалки, быстро надел и приготовился выходить из квартиры. — В общем вы ей передайте то, что я сказал, а потом мне позвоните. Я буду ждать звонка. — Сам позвони, — мать стояла в коридоре, скрестив руки. — Она же твоя бабушка… — Мам, ну не начинай, а? — скривился Влад. Потом он невозмутимо посмотрел на себя в зеркало, поправил воротник куртки и вышел из квартиры, аккуратно прикрыв дверь и оставив мать в глубоких раздумьях. — Боже, кого мы вырастили… — вздохнула Анна Константиновна и отправилась на кухню, чтобы помыть посуду, которая осталась после того, как они с сыном поели. Влад забежал «буквально на полчасика». Ведь он всег

—Ты обманула больных пожилых людей! Они повелись на твою хитрость, — возмущался бывший муж. — Хитрость?! — искренне возмутилась Алина. — Да я даже… — Увидимся в суде, — злобно прищурившись, заявил Сергей. — Там будешь свои сказки рассказывать. Посмотрим, как у тебя получится. Алина смотрела на него и недоумевала, неужели этот, дышащий злобой человек был когда-то её мужем? Неужели они когда-то любили друг друга? Совсем не верится. Алина и Сергей поженились, когда обоим было по двадцать пять лет. — Наивная я тогда была и глупая, — вздыхала Алина, вспоминая те годы. — Не разглядела, что за человек Сергей. — Любовь слепа, — пожимала плечами её подруга Валя. — Да, любовь у нас была просто невероятная! Я готова была за ним бежать, куда угодно, лишь бы рядом быть… — А он? — Он — не знаю, — пожала плечами Алина. — Тогда казалось, что любит, а видишь, как повернулось. Я из-за него пошла против матери, ой, как вспомню это её платье! Ох… мама, мама… — грустно улыбнулась Алина. Валя знала, что мам

— Мне надоело содержать тридцатилетнюю тётю, — воскликнула мать. — Содержать?! Я сама себя содержу, — возмутилась Настя. — А готовит кто? — Тебе трудно сварить суп? — искренне удивилась Настя. — А убирается кто? — Мне некогда, ты же знаешь… — А я не хочу ничего знать, понимаешь?! — воскликнула Юлия Андреевна. Настя недоуменно смотрела на родительницу и ничего не понимала. *** — Всё было нормально до вчерашнего вечера, не понимаю, что с ней случилось, — рассказывала Настя своей подруге Анне на следующий день. — А с чего вообще разговор-то такой пошёл? — Да ни с чего! — расстроилась Настя. —Мы завтракали. Обычное утро выходного дня. Мама приготовила сырники, мои любимые, кстати, сидим едим, и на тебе! Новости… — У вас в семье мама готовит? — осторожно поинтересовалась Аня. — Ну да, — ответила Настя. — Мне некогда. Я работаю целый день, работа от дома далеко, пока доеду, ночь на дворе, и я иногда дома ещё за компьютером по вечерам работаю. Платят за это хорошо, почему бы и нет? А у мамы с

— Не думал я, что ты такая меркантильная! — возмутился Игорь. — А я не думала, что ты такой жадный! И вообще… — Я ухожу! — перебил Алёну Игорь. — Да иди пожалуйста, я тебя не держу, — развела руками Алёна. — Я и вижу, — сердито заявил Игорь. — Очень жаль… — Тебе жаль? — искренне удивилась Алёна. — А мне ни капельки. *** — Так и расстались, — рассказывала Алёна подруге Кате про Игоря и про то, как он ушёл. — Ну и хорошо, что всё выяснилось. Чем раньше, тем лучше, — улыбнулась Катя. — Что выяснилось? Что он такой жмот? — грустно улыбнулась Алёна. — Ну да… Слушай, ты ведь мне так и не рассказала, где ты с ним познакомилась? — Да ничего интересного, — махнула рукой Алёна. — В метро столкнулись. Он в телефон смотрел, а я на указатель, друг друга не заметили и вот… Я упала на колено, порвала дорогие колготки. Он дико извинялся, разволновался, аж пятнами пошёл. Я говорю, нормально всё, а он давай денег мне предлагать. В конце концов, сошлись на том, что он пригласил меня в кафе и, в качестве

— Мама, ну я же просила! — воскликнула Лиза, у которой от отчаяния из глаз брызнули слёзы. — Да ерунда это всё, на тебе деньги зарабатывают, а ты и рада! — заявила мать. — Вроде умная девчонка, а в такие бредни веришь! — Я ведь тебе всё написала, всё указала: когда, как, сколько… — глядя в одну точку проговорила Лиза. Пёс Каштан сидел у её ног и тихо лизал ей руки, успокаивая и как бы говоря, всё нормально, не переживай! Но Лиза переживала. А ещё ей было обидно, что родители совершенно равнодушно отнеслись к её просьбам, пропустили их мимо ушей и поступили так, как было нужно им. Это выходило как-то по-предательски и прямо-таки подло, что ли… — Ну и чудная у нас Лизка! — заявила Софья Олеговна мужу Илье Васильевичу, когда обиженная и вконец расстроенная дочь, вместе со своей собакой ушла. — Да замуж ей пора! — ответил Илья Васильевич, не глядя на жену. Он занимался ремонтом светильника и откручивал сломавшийся выключатель. — От безделья всё это. Муж, ребёнок, а лучше два. И сразу бы вс

— Я на такое не пойду ни за что! — заявила Элла. — Ну подумай, пожалуйста, — сказал муж. — Вы мне всю душу вымотали со своим странным предложением. Ещё раз повторяю: нет, я не согласна! — Элла была уже на грани истерики. Муж осуждающе покачал головой и молча вышел из комнаты. «Всё же было хорошо, какая шлея попала им под хвост, да ещё всем сразу?» — сокрушенно думала Элла, то и дело смахивая слёзы и укачивая своего крохотного сына в кроватке. *** — В декрете хорошо, такой кайф, — улыбаясь говорила Элла своей подруге Насте, с которой они вместе прогуливались в парке с колясками. — Тимоша поел и спит себе, и я тоже отдыхаю. — Погоди ещё, — улыбаясь, проговорила Настя. — Вот поползёт… А потом пойдёт… В общем, тебя ожидает много интересного. — Знаешь, всё именно так, как ты говоришь! Ожидает и именно интересное, — сказала Элла с энтузиазмом. — Не хочу пропустить ни минутки из этого золотого времени. Даже в сад я бы Тимошу не отдавала, хочу сама видеть, как он растёт, познаёт мир. Но надо в

— Оксанка, ну что ты в самом деле! Пусти! — возмутился муж. — Я что? Я ничего. А вот ты, иди отсюда, иди, сказала, а то полицию вызову! — Гонишь? Хочешь забыть всё хорошее, что было между нами? Не получится, — заявил Сева. — Иди проспись! — поморщилась Оксана, — За версту несёт. — Помню, помню твой чудесный нос, который чует всё, что не надо… Я не уйду, — сказал Сева и уселся прямо на пол лестничной площадки рядом с дверью квартиры. — Ну и сиди, — сказала Оксана и захлопнула дверь. *** Несколькими месяцами ранее. — Ой, не знаю, как мы теперь будем, — рассказывала Оксана своей сестре Наташе. — Я собак вообще не очень-то люблю, а тут… — Погоди, какая собака? При чём тут она и с чего всё началось? Расскажи толком, — попросила Наташа. Оксана вздохнула и начала рассказ. — У Севы есть друг, точнее был… Юрий. Это самый его близкий друг, они дружили со школы, прямо братьями друг друга считали и никак иначе… И вот Юрий где-то полгода назад заболел. Сильно. А две недели назад его не стало. — Жут

— Сама виновата, мама, сама и расхлёбывай, — сердито заявила Юля. — Ты же хотела свободы. Наслаждайся теперь, кто мешает? — Но я в больнице! Какая тут свобода? — возразила Тамара Леонидовна. — Я всего лишь попросила тебя купить мне лекарство. Я деньги отдам, у меня есть. Юля молча сбросила вызов. *** — Прости, Тамарочка, я ведь тебе тогда тоже не помогла, была в деревне у сестры, — со вздохом произнесла Ольга, подруга Тамары Леонидовны. — Вот и пришлось мне звонить соседке. Соседке! — сказала Тамара Леонидовна и всхлипнула. — Спасибо, хоть она помогла. Тут же прибежала ко мне в больницу, и лекарство купила, и кое-что по мелочи мне принесла. А родная дочь… Ольга горестно вздохнула и обняла подругу, которая была ещё слаба после болезни и выглядела очень бледно. — Не думай о дочери, Тамара! Отдыхай, гуляй, набирайся сил, как врач велел. Хватит, не береди ты эту рану, а то так не выздоровеешь! — Да как не думать, Оля? Всю жизнь я безотказной была, а тут «взбрыкнула», как она выразилась. Од